Книга Между любовью и ненавистью, страница 158 – Шейн Роуз

Я промолчала, и она чуть отстранилась, внимательно всматриваясь в мое лицо. Потом тихо произнесла:

— Ох, милая. Если ты их не приглашала, то не надо оправдываться. Но, пожалуйста, не открывай конверт в их присутствии, договорились?

Наверное, я слишком увязла в делах пекарни или в отношениях с Домиником, или в этой придуманной реальности, но я просто перестала вспоминать о собственной семье.

Или возможно.

Я вытеснила их из сознания, понимая, что мое физическое здоровье напрямую зависит от душевного равновесия.

— В любом случае… – она погладила меня по щеке и отступила, вновь оглядывая пекарню, – ты справилась. Мы с Карлом всегда верили в тебя. Анастасия, Мелинда, разве ее пекарня не восхитительна?

— Конечно. – Они шагнули ко мне, и глаза матери, да и Анастасии тоже, метнулись к конверту в моих руках. – Давай встретимся у тебя дома?

— Мне нужно подготовиться к вечеринке сегодня вечером на курорте, – негромко ответила я.

— Тогда, может, мы пойдем с тобой? – проговорила она с нескрываемым ожиданием.

Мне стоило сказать «нет», но отказать родной матери казалось неправильным.

— Конечно. Вечеринка пройдет здесь. И ваши имена будут в списке.

Улыбка медленно расплылась по ее лицу, а меня пронзил ледяной страх, стремительный, беспощадный, кричащий, что моя удача окончательно иссякла. Я ощущала его как ядовитую гадюку, скользящую внутри и выжидающую момента для смертельного укуса.

Доминик:

Я возвращаюсь домой.

Я:

Зачем? Не приезжай из-за меня. Каллихан меня подвезет.

Доминик:

Клара, когда я появлюсь на главной вечеринке в своей жизни, моя будущая жена должна быть рядом.

Я:

Наверное, не стоит так меня называть, учитывая, что через месяц-два нам придется расстаться.

Доминик:

Никому не обязательно об этом знать.

Я:

Ладно. Натия точно приедет?

МЫСЛЬ О ТОМ, что она появится в курорте, который он выстроил ценой неимоверных усилий, чтобы сровнять это место с землей или вернуть Доминика, вынудила мой желудок скрутиться в узел. Я машинально прижала ладонь к животу.

Доминик:

Не волнуйся из-за нее. Публика в восторге от нашей пары, кексик. Может, мне оставить тебя еще на пару месяцев?

Я сидела в кабинете Доминика, поглаживая Сахарка и Перчика, хотя должна была готовиться к вечеринке, и мысленно повторяла, что все будет хорошо, однако после приглашения матери и сестры моя уверенность давно испарилась. Таблоиды пока играли на нашей стороне. В их глазах мы с Домиником были созданы друг для друга. Союз, заключенный на небесах. Доминик научился держать себя в руках: в интервью говорил ровно, взвешенно, с уверенностью излагал планы по расширению империи HEAT. И речь шла не только об успехе курорта, за ним маячили куда более масштабные партнерские соглашения.

Я:

Как будто это решаешь один ты.

Доминик:

Значит, мне предстоит тебя уговаривать?

Я:

Давай лучше придумаем ответы на потенциальные вопросы журналистов.

Доминик:

Они спросят, действительно ли ты станешь моей будущей женой.

Я:

Разве тебе не важно, как публика отреагирует на оформление интерьера?

Доминик:

Нисколько. Моя работа здесь завершена. Мы устраиваем шоу и уезжаем. Дизайн продуман, средства вложены, процессы налажены, а дальше наблюдаем, как все безупречно работает на благо HEAT.

Я:

Карл бы гордился.