Книга Янтарь и Лазурит, страница 63 – Чайный Лис

— Я сейчас не в настроении для шедевров, но…

Сюаньму уже успел обрадоваться, как вдруг нуна споткнулась и напоролась на копье, однако Нам Сокчон среагировал и резко отодвинул его, лишь слегка оцарапал нежную кожу. Сердце монаха ушло в пятки, в слабом свечении он видел, как на порезе выступила кровь и потекла по шее нуны, но ее сразу смыл сильный дождь.

— Я же сказал, что не в настроении!

Теперь убийца казался менее довольным, но хотя бы не пытался убить ее. Пристально следя за Сюаньму и генералом Ю, он сильно дернул ее и заставил двигаться быстрее.

Вскоре они скрылись в высокой траве, звон цепей, заглушаемый громом, звучал все тише. Монах обернулся к генералу Ю – тот тоже стоял на месте и смотрел на отдалявшиеся фигуры, затем поднес палец к губам и показал жестом «тихо». Сюаньму кивнул; в это время силуэт нуны исчезал во мраке под завесой дождя. Только тогда генерал Ю подал голос:

— Шуаньму, я не знаю, в каких вы отношениях с принцессой, и сейчас меня это не волнует. Эта женщина важна для меня, и я хочу спасти ее. А тебе дорога ее жизнь?

Генерал Ю говорил негромко, барабанивший дождь и по-прежнему раздававшиеся раскаты грома заглушали его слова, но Сюаньму расслышал большую часть и уловил суть. Конечно, жителю Цзяожи не светило ничего с принцессой Сонгусыля, тем более какому-то монаху. Ему даже в голову такое приходить не должно было.

— Дороже своей, – просто ответил он, продолжая держать талисман со слабым голубым свечением в руке. Холодный ветер продувал мокрую потяжелевшую одежду, заставлял мурашки пробегаться по всему телу и вздрагивать, но Сюаньму не собирался тратить силы на создание тепла.

Он хотел загасить талисман и последовать за нуной, но генерал Ю предугадал его действия и повысил голос:

— Стой! – Дальше он огляделся по сторонам и продолжил чуть тише: – Нам Сокчон следит за нами и, вероятно, ориентируется на твой огонь. Когда их силуэты исчезнут, подожди два раската грома. Я обойду с этой стороны, а ты потуши огонь и иди западнее, постараемся перехитрить и окружить его.

Генерал Ю говорил, как меч рассекал воздух: коротко, ясно, без лишних слов. Было видно, что он привык вести войска не криком, а расчетом, где каждый шаг, как ход в сянци^[54], продуман на десять ударов вперед. Его спокойная уверенность напоминала нефритовые стены, возведенные вокруг Сонбака, – крепкие, нерушимые. Казалось, он был готов стать щитом принцессы и встать между ней и копьем убийцы, чем вызывал к себе доверие.

Сюаньму кивнул, заметив решительность во взгляде. Пусть их брак станет еще одной стратегией, зато нуна будет дышать под этим небом.

— М, – издал он, но наверняка дождь заглушил его, поэтому он решил добавить: – Хорошо.

Генерал Ю оценивающе посмотрел на него с ног до головы, после чего тоже кивнул, и Сюаньму сразу отвернулся.

— Ты еще видишь их?

Монах внимательнее оглядел поле, но не смог заметить даже голов нуны и Нам Сокчона: те ушли достаточно далеко, еще и пелена дождя мешала рассмотреть.

— Нет, – в итоге ответил он и услышал пусть и негромкий, но хлюпающий по размокшей земле звук шагов генерала.

Черное небо пронзила вспышка молнии, после чего прогремело. Сюаньму на миг обернулся, но генерал Ю успел исчезнуть, скрывшись под завесой дождя. Как тот и просил, монах не спешил гасить талисман сразу, а стал дожидаться второго раската грома. Он умел ждать, однако сейчас вздрагивал от нетерпения, ладони его вспотели. Наконец прозвучал желанный звук грома. Сюаньму опустил руку, и голубое свечение исчезло. Он перестал направлять в талисман свою ци, размокшая бумага расползлась в его руках и соскользнула на землю.