Книга Ксения Чуева. Шепот касания, страница 22 – Эва Гринерс

Боковые стеллажи украшали манишки и жабо, готовые придать любой одежде торжественность; кружева и воротнички, чтобы оживить даже самое простое платье; шали, боа и накидки — лёгкие, почти невесомые, и тёплые шерстяные, с узорной бахромой. Тут же, аккуратно на витрине, лежали пояса и ремни, иногда с декоративными пряжками, а иногда с драгоценными вставками, которые больше подходили к вечерним нарядам, чем к повседневной жизни.

На столиках и в витринах декоративные веера, сумочки и кошельки — от крошечных до более вместительных, аккуратно вышитых, с изящными застёжками.

Воздух был пропитан смесью аромата кожи и лёгкого запаха духов.

Хозяйка — мадам Дюпон — оказалась женщиной пышной, приветливой, но и деликатной при этом. Я объяснила, что ищу перчатки. Что нужно мне много-много разнообразных пар. Она приподняла бровь, но вопросов задавать не стала. Лишь кивнула довольно и начала показывать варианты.

Я выбирала долго, вдумчиво, с удовольствием. Для улицы, для дома, для редких выходов. Я не прикасалась — только показывала, просила разложить. Это была моя территория. Моё маленькое убежище в новом времени.

Когда я вышла из лавки, у меня было ощущение, что день прожит не зря.

Возвращаясь домой, я подумала, что ожидание — это тоже часть жизни. Но если его заполнить правильными вещами, оно перестаёт быть мучительным. И, возможно, именно так — от расследования к расследованию, от своих личных дел к очередной тайне — я и научусь жить здесь по-настоящему.

Мадам Дюпон подсказала мне место, где можно пообедать — небольшой трактир при гостинице неподалёку.

“Место весьма приличное” — как выразилась она.

Войдя, я сразу заметила, что “столовка” была аккуратной, сдержанной и совсем не шумной. Навстречу мне вышел сам трактирщик — опрятный, в тёмном жилете и с приветливой улыбкой.

— Пообедать желаете, барышня? Или, может, просто кофе, вино? Что предпочитаете? — представился он. — Меня Тимофей звать, — добавил он просто.

— Спасибо, Тимофей, — ответила я, — хотела бы пообедать. Мне бы понезаметней местечко, и чтобы не подсаживался никто.

Трактир больше напоминал небольшой ресторан. Тёплый свет, аккуратные скатерти, тихие разговоры за соседними столиками. Едой пахло вкусной, почти домашней. Меня проводили к столику у стены, я села спиной к залу — не хотелось лишнего внимания, и по привычке, и по обстоятельствам.

Тимофей подробно рассказал, что сегодня особенно хорошо: расстегай с грибами и курицей, бульон на говядине, свежие телячьи эскалопы, запечённая рыба. Я выбрала суп и эскалопы, а к ним — небольшой бокал вина: обстановка располагала, и настроение было хорошее. Еда оказалась простой и вкусной, без изысков, и действительно похожей на домашнюю: готовить здесь умели. Я ела медленно, смакуя каждый кусочек, каждый глоток. Да, мадам Дюпон не обманула — место было отличное. Сюда определённо можно было заходить обедать и впредь.

Когда я вышла на улицу, снег слегка хрустел под ногами, воздух был морозный и прозрачный — подкрадывались сумерки. Я шла к своей квартире пешком, глубоко вдыхая зимний Петербург. Мужчины, встречавшиеся по пути, иногда оглядывались, но мне было всё равно. Я шла в своих мыслях, наблюдая за жизнью города и этого времени.

Подумалось, что я совсем не представляю, как здесь живут день за днём. Что спрашивать нужно о каждой мелочи — где продукты брать, как постираться?