Книга Ксения Чуева. Шепот касания, страница 24 – Эва Гринерс

Я представила себе женщину: яркую, полную жизни, игривую, возможно, даже беспутную, но такую живую, что воздух вокруг неё казался насыщенным и лёгким одновременно. Вот она смеётся, обнажая ровный ряд жемчужных зубов, откидывает голову, и россыпь локонов падает ей на плечи словно маленький водопад. Вот она слышит чей-то зов, оборачивается лукаво, маняще, и исчезает, оставляя за собой лёгкое дрожание воздуха и сладковато-мускусный запах.

И тут же в моей голове возник образ хозяина — нескладного, неловкого, но доброго человека, чья душа трепещет от её присутствия. Он любовался, лелеял надежду, наблюдал, как к ней приходят мужчины, как иногда кто-то задерживается дольше, чем следовало бы. Аромат шампанского, смешанный с её духами, дурманил его голову, заставлял разум идти на компромисс с желанием. Он знал, что она никогда не посмотрит на него. Что ни одна сумма, ни один подарок не смогут сделать её внимательной к нему — он просто слишком ничтожен для неё. Ему её даже не купить. Ведь она всегда найдёт мужчину, который оплатит её платья, долги, духи, шампанское — и даже тогда его мечта останется той же свободной, живой, недосягаемой для него, как звезда на небе.

— Бесы не приходят на пустое место, — сказал Матвей. — Они находят трещины.

Зависть, унижение, подавленная злость — всё это копилось годами. Сначала это были мысли. Потом — навязчивые желания. Потом — ощущение, что рядом кто-то есть.

Я слушала и понимала: именно это я слышала тогда. Не только чужие руки — чужую волю.

Пользуясь её отсутствием, он стал заходить в квартиру. Перебирать вещи. Матвей не вдавался в подробности — и не нужно было.

Перед глазами всплыла картинка: аккуратно разложенное колье. Дрожащие пальцы. Я медленно кивнула. Да. Это было оно — то что я видела.

В тот день она застала его у себя в квартире. Он сорвался, побежал. Женщина догнала его на лестнице — возник скандал. Крик. И та самая секунда, где он ещё мог остановиться.

— Он сопротивлялся, — сказал Матвей. — Но бес был сильнее.

Я закрыла глаза. Теперь всё сложилось.

— После он не мог признаться — бесовская воля внутри не позволяла. Но и молчать не мог. — Матвей отпил из чашки, — Он сам настаивал на расследовании. Помогал, как мог.

Госпожа Лиходеева увидела сущность сразу. Ритуал был тяжёлым, но успешным. Когда бес ушёл, остался сломленный человек, который плакал и повторял одно и то же: «Я не хотел, я любил её».

— Он не был чудовищем, — тихо сказал Матвей. — Он был слабым.

Я долго молчала. Потом сказала, почти шёпотом:

— Самое страшное — не нечисть. А то, что человек позволяет ей поселиться внутри.

Несколько минут мы молчали, переваривая всё это.

— Давайте о чём-нибудь другом. — предложил Матвей.

Я поспешила согласиться, надеясь, что он раскроет мне тайну и причину своего явления мне в той жизни. Однако, он заговорил о другом.

— Как вы знаете уже — нас целая команда. Во главе неё назначен я, вы подчиняетесь мне, и у нас с вами есть ещё помощники. Вот с ними-то я и намерен познакомить вас завтра. И обсудить заодно следующее дело.

Матвей поднялся, и я поняла, что визит его закончен.

— Вам что-нибудь нужно, Ксения Дмитриевна?

Я тоже встала, чтобы проводить его.

— Спасибо за бублики — очень вкусные. А в бытовых мелочах разберусь сама — уж большая девочка.