Книга Ваше Величество, повернитесь! Попаданка-уролог для Дракона, страница 8 – Натали Бескрылая

На мне был тот же халат, что и в тронном зале. На фоне сапфировых нитей фрейлин я выглядела как пациент в палате терапии. Что, если подумать, технически и было правдой.

Кезран приблизился к трону и с поклоном подал золотой кубок. Лицо спокойное — слишком спокойное для человека, который вчера проиграл у всех на глазах.

Иртан едва заметно вздрогнул.

На секунду его глаза вспыхнули. Зрачок — всего на одно дрожание — вытянулся по-драконьи. Это был взгляд загнанного зверя, который знает, что в кубке толчёное стекло, но протокол обязывает принять его под аплодисменты свиты.

Я шагнула чуть вперёд — так, чтобы быть в его прямой видимости.

Дерзость ни при чём — протокол выживания: пациента в острой фазе нужно держать в визуальном контакте с врачом, иначе он начинает принимать решения сам. Обычно плохие.

«Не пей», — одними губами, едва качнув головой.

Иртан перехватил мой знак. Его пальцы сжали золото — я увидела, как мягкий металл кубка чуть повело под драконьей хваткой. Он поднёс чашу к губам, замер на долю секунды, втягивая воздух, и медленно опустил руку.

Воздух в зале на одно дыхание стал суше, и в нём проступил запах горькой смолы и раскалённого камня. Я только сейчас поняла, чем тянуло ночью сквозь кедровый дух Покоев. Это был он.

— Благодарю, магистр. — Его низкий голос прозвучал обманчиво спокойно, но зал смолк весь и сразу — от трона до дверей. — Но сегодня я воздержусь: мой новый Свидетель настаивает на жёстком лечебном протоколе.

Придворные за моей спиной разом перестали дышать. Они ждали показательной казни, а получили смену медицинской верхушки. Неприятно, когда утренние развлечения идут не по расписанию.

Кезран даже не изменился в лице. Он лишь плавно склонил голову, пряча кисти рук в широких рукавах мантии, но веки на миг сузились, превращая серые глаза в две холодные щели.

— Режим, Ваше Величество? — тихо спросил он, переведя на меня тяжёлый взгляд.

Голос у магистра был как у тех мужчин, которые отлично выглядят на похоронах. Этот тип я узнавала с третьего курса.

Иртан посмотрел на меня в упор — как на человека, которому только что позволил остановить свою руку при всём дворе. Золотой блеск в его зрачках стал откровенно издевательским.

— Да, оказывается, традиционные методы нашей медицины несколько устарели. Правда, госпожа Свидетель?

— Абсолютно, Ваше Величество, — я ответила с самой вежливой и непроницаемой миной из своего арсенала. — Некоторые застарелые рецепты дают слишком высокую летальность.

Иртан больше и не пытался делать вид, будто моё слово здесь — случайность. И это меняло расклад для всех в зале.

В первом ряду правого крыла, в десяти шагах от трона, стояла высокая женщина в глубоком винном платье. Красивая той холодной, выверенной красотой, которую растят как актив. Она не сводила с меня глаз — и смотрела не на незнакомку, а на ошибку, которую завтра придётся исправлять лично.

— Леди Эльвира тер-Кассан, — тихо подсказал гвардеец за плечом, перехватив мой взгляд. — Невеста Его Величества. Племянница канцлера Вирлана.

Чудно. Невеста императора, которому я при всём дворе только что запретила пить из кубка, поднесённого её дядей. За одно утро я нажила себе целую семью врагов в фиолетовом.

Эльвира улыбнулась мне одними губами — так улыбаются перед тем, как вычеркнуть строку. А потом перевела взгляд на Иртана.