Книга Сделка, страница 154 – Стив Кавана

В большинстве случаев такая тактика успешно срабатывает, и обвиняемый даже не заморачивается оформлением залога.

Я присел на корточки, чтобы получше разглядеть это отдельное пятно. Было оно всего два или три миллиметра в диаметре, темное и безупречно круглой формы. Насколько я мог судить, с того момента, как капелька крови из тела Клары попала сюда, на это пятнышко не наступали – оно не было смазано, и вообще его первоначальный вид никоим образом не был нарушен.

Опять поднявшись, еще некоторое время я внимательно рассматривал окружающую обстановку – нет ли где-нибудь в кухне еще подобных пятен. Таковых не оказалось. Примерно футах в шести от места обнаружения тела сквозь широкий проем на месте выбитого выстрелом оконного стекла – а вернее, стеклянной стены высотой от пола до потолка – в кухню задувал холодный ветерок. Закаленное стекло треснуло по всей площади, разбившись на множество мелких крошек, и часть из них высыпалась внутрь, в сторону лежащего тела, лишь немного не долетев до разбитой и запятнанной кровью плитки пола. Большинство же осколков вывалилось на балкон. Я шагнул через пустой проем, оставшийся на месте стекла, и вышел на свежий воздух. Порадовался, что надел пальто, и поплотнее запахнул лацканы, прикрывая горло. Дождь практически перестал, но на балконе по-прежнему было скользко – в россыпях стеклянного крошева скопились лужи воды. Я глянул сначала вверх, потом вниз. Да, действительно – ни залезть сюда снизу, ни спрыгнуть откуда-нибудь сверху абсолютно нереально. Ни единого выступа, чтобы поставить ногу или ухватиться рукой. Прямо подо мной сквозь туманную муть просвечивала цепочка уличных фонарей, окаймляющих Сентрал-парк. Он был так близко, что я даже чувствовал запах травы. Отгораживала здание от парка лишь двухполосная авеню, и казалось, что до дубовых крон на границе парка можно просто дотянуться рукой. Балкон выходил на тихую лужайку размерами с половинку баскетбольной площадки, отделенную от тротуара высокой живой изгородью. В правом ее углу возвышался большой дуб, прямо под стволом которого поблескивала россыпь пустых пивных банок. Обычная для Нью-Йорка история: можешь хоть тридцать, хоть сорок миллионов за вид на парк выложить, но от гопников и алкашей все равно никуда не денешься.

Разделившись, мы с Кеннеди еще минут пять тщательно осматривали всю квартиру на предмет кровавых пятен. Больше ничего не нашли.

Из принесенной с собой папки я вытащил отчет медэксперта и пролистал его до стандартной формы со схематическим изображением тела. У них есть такие готовые бланки, «мужские» и «женские» – на изображенную на нем фигурку остается только нанести расположение полученных ран. Медэксперт показал на ней, куда попали пули, а потом, на виде сбоку, – и угол, под которым они вошли в тело. Помимо многочисленных выстрелов в голову, Кларе дважды выстрелили в спину. Первая пуля угодила в позвоночник и наверняка должна была моментально парализовать ее. Второе входное отверстие тоже располагалось близко к позвоночнику, но эта пуля пробила тело насквозь и вышла в нижней части грудной клетки – выходное отверстие, обозначенное на рисунке, располагалось чуть левее грудины.

Я передал схему Кеннеди. Он еще раз изучил отчет и, оглядев кухню, заметил: