Книга Сделка, страница 201 – Стив Кавана

— С какой целью? – поинтересовался Роллинз.

— Ваша честь, мистер Чайлд – один из богатейших жителей нашего города…

Развивать эту тему я не стал – пусть судья сам додумывает, сам заполнит пустые места. Знать истинное положение дел ему вовсе не обязательно. Да, Дэвида подставили, но вовсе не с целью дальнейшего шантажа. Пропуск на имя Сары Каллан представлял ее просто как «госслужащую» – что могло означать абсолютно что угодно, но все-таки те же учителя или библиотекари вряд ли посещают мероприятия Интерпола.

Морган таращился в потолок, силясь осознать случившееся. Но вскоре ему пришлось выйти из прострации, поскольку судья обратился лично к нему:

— Детектив, я не желаю более ничего слышать. Мистер Зейдер, насколько я понимаю, это ваш последний свидетель?

Окружной прокурор был уже на ногах, готовый к спасательной операции. Он прекрасно понимал, что решение судьи будет не в его пользу. Кадры с поворачивающейся дверной ручкой оказались последней соломинкой.

— Да. Господин судья… Это просто смехотворно! Подсудимый мог разыграть подобный спектакль с тем же успехом, что и…

— У вас есть тому доказательства, мистер Зейдер? – перебил его Роллинз.

— Нет, ваша честь, на данный момент нет, но…

— Тогда я предлагаю вам заняться доследованием. Мистер Флинн представил массу свидетельств, на которые полиция либо не обратила должного внимания, либо просто пропустила. И меня отнюдь не впечатлил офицер Джоунс с его наглыми попытками одурачить суд. Принимая во внимание видеозапись, которая неопровержимо доказывает, что после ухода мистера Чайлда кто-то подходил к двери изнутри, а также учитывая рассогласованность тайм-кода службы «девять-один-один» и электронного журнала охраны – не говоря уже о неподверженных любым сомнениям показаниях мистера Гершбаума, – я считаю, что факт нахождения подсудимого в квартире в момент стрельбы абсолютно не доказан. Доказательств для предъявления подсудимому обвинения совершенно недостаточно, и я решаю вопрос в пользу защиты. Мистер Зейдер, если вы по-прежнему так уверены в своей позиции, вы всегда можете вынести этот вопрос на большое жюри. Меня вы не убедили. Дело закрыто.

Звуки, с которыми судья Роллинз оттолкнул назад свое кресло, поднялся, захлопнул свой блокнот и удалился из зала, полностью затерялись в возбужденном реве толпы. То, что обещало стать обычным уголовным процессом над знаменитостью, способным проболтаться в новостях от силы пару месяцев, вылилось в сенсационную загадку хитроумного преступного заговора, способную преследовать всю страну буквально годами – или, если точнее, всю страну были готовы преследовать журналисты, выдвигая в своих статьях самые отчаянные версии относительно личности настоящего убийцы.

Я даже не услышал, как плачет Дэвид. Холли крепко прижимала его к себе. Плечи его опали – и от восторга долгожданного освобождения от мук, и от новой муки потери. Он потерял Клару еще раз, потому что вся его жизнь с нею была ложью от начала и до конца. Никакой Клары Рис не существовало. Жизнь, которая лежала теперь перед ним, наверняка представлялась ему неопределенной и пугающей – но главное, что основная проблема осталась позади.

— Дэвид, да не оплакивай ты Клару! В вечер убийства она втирала тебе, что выделывалась в лифте будто бы из-за клаустрофобии. Ты сам видел, что было в лифте за день до этого. Какая там клаустрофобия! Она тебя просто разводила: делала вид, будто ты ее напугал, – обеспечивала тебе мотив!