Онлайн книга «Луна в тумане»
|
Нет, чепуха. Ничего такого. Фонарь как фонарь, статуя как статуя. Надо меньше пить. Глава третья Герой и его семья 1 «Мы уже всё знаем!» Всю дорогу до дому меня донимали пчелы. Вились, жужжали, лезли в лицо. Я им что, цветок?! Меня медом обмазали? Хорошо хоть, не мухи. А то еще хуже бы про себя думал. Я щурился, ускорял шаг, сворачивал на одну улицу, на другую, в попытках оторваться от роя. Руками не отмахивался, чтобы не злить преследователей, но удержаться было трудно. Потеха, если смотреть со стороны! Может, их запах саке приманивает? О пчелах-пьяницах я не слышал. Так мало ли о чем я не слышал? Например, о шаловливых духах, кто занимает чужое опустевшее тело, а потом покидает его по приказу Тысячерукой Каннон. Дух, как ты попал в тело Таку Миуры? Куда делась душа самого Миуры? Не пахнет ли здесь фуккацу? В храме я поспешил заявить, что фуккацу не было. Но, возможно, фуккацу имело место до того? Когда безымянный дух вошел в Миуру?! Мысли путались от событий, жары и последствий выпивки. Моя бедная голова гудела, как пчелиный улей. В какой-то момент даже подумалось: пчелы вылетели из нее, а теперь пытаются попасть обратно. Вот же глупость несусветная! Я остановился так резко, что водонос, шедший следом, едва на меня не налетел. Все, хватит! Что бы ни произошло, и душа Таку Миуры, и дух, занявший ее место, покинули Чистую Землю. Если дух ухитрился изгнать душу Миуры из его тела, карма не заставила себя долго ждать: с духом в итоге произошло то же самое. Если преступление имело место, воздаяние уже свершилось. В любом случае, факт фуккацу не подтвержден, заявления нет, свидетелей нет… — Господин! Может, чашку мятной воды с юдзу[18]? Вода была кислой и ароматной, с терпкими нотками. Ф-фух! Полегчало. * * * А дома меня уже ждали. Стояли посреди двора и смотрели на пьяницу и бездельника. Залил глаза с утра, а теперь мается похмельем! Сейчас всё выскажут, без стеснений. И поделом! — Надо бы тебе умыться, — нарушил молчание отец. — Я тебе чай заварю, — подхватила матушка. — Я сейчас! Я мигом! Вот и столик под навесом… Это О-Сузу. — Я помогу! Только ворота закрою… Это Каори. — Я и сам могу… — оторопел я. Куда там! Каори вихрем промчалась мимо меня к воротам. О-Сузу принялась накрывать стол, матушка занялась чаем, а отец потащил воду от колодца к корыту. Он что, боялся, что я сам не донесу? Вид у меня был еще тот, но не настолько же, чтобы решить, будто взрослого сына ноги не держат? Или настолько?! Я разделся до пояса. Долго, с наслаждением плескался, а отец обливал меня из черпака. Головная боль утихала, я начал слышать отца: — …разносчик рыбы рассказал. Он от разносчика пирожков услыхал… Ух-х, хорошо! — Еще! — …вскрылось гнездо разврата и нечестивых ритуалов. Такое творили — страшно вслух произнести! — Ритуалов? Нечестивых? — …призывали духов. Как бы даже не демонов! Вступали в сношения с мертвыми… Тьфу, мерзость! На окру̀гу порчу навели: сна лишили, с ума свели. А служба Карпа-и-Дракона в лице дознавателя Торюмона Рэйдена… — В чьем лице?! — …разоблачила! Совместно с полицией. И святого монаха привели, нечисть изгнать. Судейского чиновника, и того не забыли, — дабы сразу для суда всё оформить. Потому как, — отец воздел к небу указательный палец, — предусмотрительность! Второе имя моего сына! |