Книга Развод. Цена многодетного счастья, страница 71 – Ира Орлова, Виктория Ким

Невольно улыбаюсь — его манера говорить всегда такая, будто он слегка издевается, но я уже знаю, что за этим скрывается человек, который не бросает слов на ветер.

— Ни то, ни другое, — выдыхаю я, закрывая за собой дверь. — Просто хотела сказать спасибо.

Это заставляет его оторваться от экрана и поднять на меня взгляд. Его брови лениво ползут вверх, а в серых глазах мелькает привычная насмешка.

— Ого, — он хмыкает, откидывается на спинку кресла, сцепляет пальцы в замок. — Надо же. И за что же мне такая честь?

— За то, что потратили на нас своё время. За помощь, — говорю я, стараясь звучать спокойно, хотя внутри всё ещё бурлит от вчерашнего дня.

Он скептически прищуривается, будто я только что предложила ему что-то абсурдное.

— Вы же понимаете, что я сделал это не из-за вас?

— Конечно, понимаю. Но разве нельзя просто сказать "спасибо" без попытки всё испортить? — парирую я, чувствуя, как его язвительность начинает меня поддразнивать.

— Можно, — безразлично пожимает он плечами. — Просто я не доверяю людям, которые делают что-то без подвоха.

Я глубоко вздыхаю, достаю контейнер с пирогом из сумки и ставлю на его стол.

— Вот. Без подвоха. Угощайтесь, — спокойно говорю я.

Он медленно переводит взгляд на контейнер, потом на меня, снова на контейнер, затем обратно, как будто перед ним какая-то загадка, которую он не хочет разгадывать.

— Это взятка? — его голос звучит подозрительно, но в уголках губ уже дрожит усмешка.

— Что? — я моргаю, не сразу понимая, к чему он клонит.

— Вдруг вы подкупаете меня, чтобы я проявил к вам особое врачебное отношение?

— Да уж, мечта любой женщины — подкупить невролога пирогом, — фыркаю я, закатывая глаза.

— Эх, а я уже размечтался, — он делает трагическое лицо, но тут же лениво наклоняется вперёд, с интересом постукивает пальцами по крышке контейнера. — И что это за штука?

— Пирог. С мясом, — отвечаю я, скрестив руки.

— Хм, неплохо. Значит, вы хотите накормить меня, потому что вам кажется, что я не питаюсь нормально?

— Именно, — не скрываясь, киваю я, и он усмехается, открывая контейнер.

Аромат мяса и свежего теста заполняет комнату, и Мирон изучает содержимое так, будто я подложила туда что-то взрывоопасное, а потом закатывает глаза.

— Ну ладно, — протягивает он, будто делает мне одолжение. — Надеюсь, вы не добавили туда яда?

— Увы, он закончился, — парирую я, и он хмыкает, явно довольный моей колкостью.

— Жаль. Была бы эффектная смерть. Упал бы лицом в пирог, мир был бы избавлен от моей язвительности.

— Какой вы скромный, — фыркаю я.

— Вы слишком щедры на комплименты.

Он отламывает кусочек пирога прямо пальцами, пробует, жуёт, и я вижу, как его лицо на миг теряет привычную насмешливость. Он поднимает взгляд, смотрит на меня с лёгким недоверием.

— Чёрт, Мира, это вкусно, — говорит он наконец. — Ты точно сама пекла, а не купила, чтобы меня впечатлить?

— Точно сама, — улыбаюсь я. — Можете проверить, я тесто с нуля замешивала.

Он делает глоток уже остывшего кофе, морщится, отставляет чашку в сторону и снова смотрит на меня — уже внимательнее, без привычной кислой мины.

— Спасибо, конечно, но что-то мне подсказывает, что вы тут не только ради благодарности, — его голос становится серьёзнее, и он постукивает пальцами по столу.