Книга Кормилица-попаданка. Наследник королевского дракона, страница 82 – Диана Фурсова

Верена покачала головой.

— Не здесь. Нужен большой очаг рода. Или сама стена гнезда при полном ответе наследника.

— Большой очаг, к которому Мивелю запрещали подходить, — тихо сказала Яссена.

Рейвард сжал край сундука.

— Больше не запрещают.

Он говорил спокойно.

Но в этом спокойствии теперь было решение.

Верена внимательно посмотрела на него.

— Ваше Величество, если свиток вынести к большому очагу, Каорель поймёт, что мы нашли не просто улику. Он попытается созвать совет раньше вас.

— Пусть попробует.

— Он уже не один.

— Я знаю.

Рейвард повернулся к Яссене.

— Что ещё видели в памяти?

Она пересказала всё. Маэлину у стены. Кольцо. Шкатулку. Мивеля маленьким, смеющимся у печати окна. Тивиру с гобеленом. Каореля над свитком. Подменённые строки.

Рейвард слушал без единого слова.

И чем дольше он молчал, тем труднее становилось Яссене. Иногда гнев проще выдержать, чем молчание человека, который понимает, что враг вошёл в детскую комнату не силой, а через доверенное безразличие взрослых.

Когда она закончила, Рейвард сказал:

— Я подписал распоряжение о передаче башни Тивире.

Яссена не ответила.

— После смерти Маэлины Каорель сказал, что ребёнку нужна строгая рука, иначе дворец будет отвечать на каждый плач и истощит его. Я поверил.

Она всё ещё молчала.

— Скажите уже что-нибудь, госпожа Лиргард.

Она подняла глаза.

— Вы хотите, чтобы я вас пожалела или обвинила?

— Не знаю.

Честно.

Слишком честно.

Яссена осторожно положила ткань поверх свитка, чтобы не смотреть всё время на чужие тёмные буквы.

— Тогда скажу полезное. Вина не откроет печати. И гнев тоже. Мивелю завтра нужен отец, который знает, что делать дальше, а не король, который всю ночь наказывает себя мыслями.

Рейвард смотрел на неё долго.

— Вы всегда так безжалостно заботитесь?

— Когда люди мешают себе делом.

— Я король.

— Именно поэтому вам нельзя роскошно развалиться в раскаянии. У вас слишком много работы.

Верена тихо сказала:

— Это я тоже запишу?

— Нет, — снова одновременно ответили Яссена и Рейвард.

На этот раз он всё-таки почти улыбнулся.

Почти.

Но в глазах всё равно оставалась тяжесть.

Они забрали свиток, шкатулку с ложем для кольца и тонкую светлую книгу. Чёрную нить оставили на полке под стеклянным колпаком из кладовой — Верена настояла, что место тоже должно быть засвидетельствовано. Потом дверь закрыли снова, но кольцо вернулось к Яссене. Когда она надела его, центральное гнездо на дверце вспыхнуло и погасло.

— Книга, — сказала Верена, уже в бельевой комнате. — Её нужно посмотреть сразу.

— Почему? — спросила Яссена.

— На обложке знак Маэлины. Это могла быть личная запись для сына.

Рейвард взял книгу, но не открыл.

— В детской башне.

И это было правильно.

Некоторые вещи должны возвращаться туда, откуда их украли.

Мивель проснулся, когда они вошли.

Не испуганно. Просто открыл глаза, будто всё это время часть его слушала комнату.

— Дом скрипел? — спросил он сонно.

Яссена подошла к нему и присела.

— Скрипел.

— Нашли где?

— Нашли одну старую кладовую.

— Там были мои игрушки?

— Были.

Он сразу проснулся чуть больше.

— Какие?

— Маленькая золотая погремушка, деревянный кораблик и книга.

— Книга моя?

Яссена посмотрела на Рейварда. Тот держал светлую книгу так осторожно, будто она могла рассыпаться от неверного движения.