Книга Когда рушатся миры. Проект "Голубой Марбл", страница 25 – Наталья Томасе

Только записка:

«Если всё прошло гладко — впереди великолепное время на Голубом Марбле.

Если нет… значит, нет.»

Физия сжала бумагу, разорвала на мелкие кусочки.

— Блудливый наглец!

Но затем, усмехнувшись, призналась себе:

— Однако как хорош… За время, проведённое с ним, можно и заплатить. Пусть даже ценой нестабильности обитателя. Вода внутри него будет меняться, реагируя на гравитацию и космос… Но Бари об этом знать необязательно.

Лаборанты одобрили физиологический состав обитателя и, получив задания, один за другим покинули кабинет.

Лилис задержалась у двери.

Она обернулась — деловая, собранная, ровная — и достаточно громко сказала:

— ГлавКон, у меня есть несколько соображений по вирусам. Хотела бы обсудить до начала химических экспериментов.

Сат, уже почти вышедший, резко повернул голову. Его взгляд скользнул от Лилис к Бари — и он задержался в дверях.

Щёки Бари порозовели, в глазах вспыхнули весёлые искорки.

На мгновение вокруг Сата словно возник ореол подозрительности — тонкий, ледяной, почти невидимый. Но деловой тон Лилис рассеял его сомнения.

Сат еле заметно кивнул и ушёл, растворяясь в коридоре.

Бари, полусидя на массивном столе, сложил руки на груди. Он смотрел на Лилис не просто с симпатией — с особой, почти интимной благосклонностью. Затем открыл ей объятия.

По телу Лилис пробежала дрожь — мгновенная и горячая. Но она заставила себя смотреть на него как на начальника, а не как на мужчину, который вчера держал её в своих объятиях.

— Не сейчас, Бари, — сказала она ровно.

Он нахмурился, губы обиженно поджались.

— Я думал, вирус — это только предлог остаться.

Он направился к креслу, жестом приглашая её сесть. Лилис не села — лишь подошла ближе и опёрлась ладонями о столешницу.

— Ты знаешь, почему зачатие происходит в лаборатории?

Бари смутился, пробормотал что-то о генных добавках. Лилис тихо рассмеялась и покачала головой.

— Нет. Всё проще. Женский организм воспринимает мужское семя как враждебные клетки. Иммунитет уничтожает их. Чтобы произошло зачатие, нужны эндогенные вирусы — их и подсаживают в лабораториях.

Бари моргнул, ошеломлённый.

— И какое это имеет отношение к проекту?

— Если подсадить вирус женской особи заранее, он заблокирует иммунные клетки в нужный момент. И произойдёт зачатие в естественной среде.

Бари застыл.

В его глазах смешивался ужас, недоверие и… что-то ещё, более личного, чему Лилис не могла дать название.

— Ты это серьёзно? — голос Бари был пропитан непониманием.

— Абсолютно. Ты считаешь нормальным, что мы не знаем своих родителей? Что братья и сёстры — это просто те, кто родился в один день?

Бари резко передёрнул плечами.

— Наш отец — Род. Для Избранных этого достаточно.

Лилис посмотрела на него пристально:

— А для нового обитателя отцом будешь… ты?

Он вздрогнул.

— Послушай… идея интересная, но… как же удовольствия? Ты хочешь сказать, что плод будет развиваться внутри женщины?

Лилис кивнула.

Бари замолчал на секунду, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя. Когда он заговорил снова, голос стал тише, глубже:

— Мы — Избранные, мы созданы Родом, Лилис. Ты знаешь это. В нас заложено то, что мы должны реализовать.

Каждый из нас — часть конструкции, часть замысла Рода.

Мы не выбираем случайно.

Мы выбираем по совпадению частот.