Книга Ледяное сердце эриды. Зарождение легенды, страница 2 – Цитианка

— Нет. Я не считаю себя умнее, — отвечаю, сдерживая раздражение.

Лишние слова уже вырвались, и я знаю, чем это обычно заканчивается. Стоит мне начать спорить, как Рейлин тут же назовет меня дерзкой и отправит на наказание. Придется таскать на шее тяжелую каменную плиту столько, сколько ей вздумается, а ночью застирывать воротник платья, на котором снова проступят пятна крови.

— Тогда повторяй, клятву Элария Дарр, — строго велит наставница. — До тех пор, пока не поверишь в нее сама. Или пока не останешься здесь на второй год.

Я сжимаю пальцы и начинаю механически повторять заученные слова, словно они для меня ничего не значат.

— Громче, — требует Рейлин.

— Клянусь служить…

Бросаю взгляд в зеркало, наблюдая за отражением: наставница стоит за моей спиной, высокая, сухая, с прямой спиной. На лице острые скулы, тонкие губы, глаза фиолетовые, холодные и внимательные, ни малейшей мягкости. Белоснежные волосы заплетены в строгий узел, бордовая мантия плотно облегает плечи, подчёркивая жёсткость её осанки. Моё отражение рядом с ней кажется почти прозрачным — я хрупкая, светлая, со сжатыми губами, на фоне её властной фигуры почти исчезаю. Бледная кожа будто светится в полумраке учебного зала, волосы затянуты в строгий хвост, ни одной лишней пряди, все как велит устав. Тугая ткань белого платья не дает расслабиться, широкий пояс жмет так, что каждый вдох дается через силу. Я должна быть такой, как все. Не делать лишних шагов, не поднимать взгляд выше, чем нужно, не выделяться ни словом, ни движением. Потому, что я — будущая хладница.

В школе Ордонанс учатся многие эриды, здесь все устроено строго и по правилам. Девочек, как меня, готовят служить при дворе или в домах знати, а мальчиков обучают на усмирителей. Для нас главное — спокойствие, выдержка, умение подавлять собственные чувства. Для мальчиков важнее сила, быстрая реакция, способность работать с толпой и справляться с массовыми волнениями.

Выпускниц школы называют хладницами — стражами покоя. Наш долг поддерживать эмоциональное равновесие у правителей и высокопоставленных лиц. Через прикосновение, мы забираем у них лишние эмоции: тревогу, страх, гнев, сомнения, оставляя после себя холодное спокойствие. Мы часами тренируемся держать спину прямо, стоя босиком на острых камнях. Нам прививают дворцовые манеры: как правильно кланяться, как держать голову, двигаться плавно и бесшумно. Важная часть занятий — контроль над лицом. Никаких лишних эмоций, ни страха, ни отвращения, ни удивления, даже если больно или рядом происходит что-то пугающее. Нас учат не моргать слишком часто, не отводить глаза даже при наказаниях, не выдавать ни дрожи в руках, ни напряжения в голосе. На уроках мы повторяем поклоны до одеревенения спины, пересказываем хроники, учим наизусть имена и титулы, И все это ради того, чтобы не забывать, что эриды часть человеческого порядка. Все, что нам позволено это повторять чужие истины, не задавать вопросов, быть тенью для других.

Слова клятвы застревают на языке. Я повторяю слова чуть громче, чем прежде, но все внутри сопротивляется, словно во всем смысле клятвы одно единственно значение: «Я не принадлежу себе».

— Достаточно, — резко обрывает наставница. Она чуть склоняет голову, пристально смотрит на меня, будто оценивает, сколько во мне осталось воли. — Пока повторение клятвы окончено. Сейчас мы повторим хроники Веларрона. Далия, начинай.