Книга Кекс-бомба для комдива, страница 16 – Ольга Коротаева

Проходит несколько дней, прежде чем я набираюсь смелости рассказать всё подругам. Мы собрались в доме Насти, где её огромный муж приготовил нам пиццу. С сожалением отказываюсь. — На этой неделе я уже слишком много мучного съела. Плохо для связок. Подруги настораживаются. — Опять пирожков тёти Маши наелась? Что случилось? Почему ты нам ничего не рассказала? Это из-за Тимура? Киваю, неохотно делясь с ними случаем из детства. Смущаюсь, но по мере рассказа начинаю посмеиваться, и вскоре мы уже дружно хохочем над нелепой ситуацией. Зефирка утирает выступившие слёзы и качает головой. — Бедный пёсик! Ох, когда будешь приходить, помни, что Шутер обожает спать на моей кровати! — Вряд ли я к вам приду, — усмехаюсь. — Всё ещё боишься моего щенка? — дуется Зефира. — Он хороший, добрый и даже Руса исцелил от боязни собак. Может, и тебя излечит? — Не хочу мешать будущим молодожёнам, — хитро щурясь, отвечаю я. — Вам и так несладко, раз кровать занята собакой. Где же вы тогда… э-э… упражняетесь? Зефирка краснеет и меняет тему — Я всегда поражалась способности тёти Маши переводить серьёзные проблемы в шутку. Помню, как комплексовала из-за стремительно увеличивающегося после аварии веса и как обижалась на обидные прозвища, которые начала слышать в свой адрес. А Мария Васильевна, когда навещала меня в реабилитационном центре, начинала говорить так, что смеялась над ними до слёз. Тогда-то и поняла, почему наша дива обладает непробиваемой уверенностью в себе! Подруга глядит на меня с лёгкой завистью, а я молчу. Зачем Зефире знать, что моя уверенность не такая уж железобетонная? Я лишь научилась держать лицо, а внутри такая же ранимая, как и моя замечательная подруга. Но показывать этого не стану, потому что не хочу давать повод насмехаться надо мной. Мне и так в своё время досталось из-за образа жизни родителей. Зависть, престиж, громкие имена и многочисленные передачи о профессорах археологии никак не вязались у людей с образом нищенской общаги и полной девочкой, которая увлекается вокалом. Но подруги ждут моей реакции, и я отшучиваюсь — Это всё волшебные пирожки с малиной! Тётя Маша призналась, что она моя крёстная фея! Так что остаётся смиренно ждать тыкву и хрустальные башмачки, и будет мне персональный принц! — А как же Тимур? — восклицает Настенька и переглядывается с подругами. — Ты с ним говорила после того раза? Неужели он даже не поблагодарил тебя за VIP-билеты? Кривлю губы и качаю головой. — Видимо, у меня уникальная способность обращать внимание на мужчин, которым я неинтересна. — А вот и вторая пицца! — сообщает Толя, внося в комнату большую тарелку, от которой исходит приятный аромат базилика и томатов. — Кому кусочек? — Мне! — оживляется Настя. — Она меня пугает, — шепчет Тоня. — Меня иногда тоже… — тихо делится муж нашей миниатюрной подруги. — Эй! — с набитым ртом возмущается Настя. — Но я её люблю! — громко заканчивает мужчина. Мы по-доброму подтруниваем над этой колоритной парочкой, а потом Зефире звонит Рус, и подруга собирается домой. Тоня присоединяется к ней, а я ещё некоторое время сижу с Толей и Настей. Они такие счастливые, что хочется напитаться энергией любви, чтобы приманить своё счастье.

Внезапно оживает телефон, и у меня ёкает сердце. Тимур? Но сообщение от другого мужчины: «Это Марат. Я сижу в том самом баре. Хочешь присоединиться?»