Книга Одаренный, страница 158 – Forthright

Она склонялась к последнему. Ведь Сайндер так спешил быстрее сообщить Хисоке о наличии золотых семян в Кикусаве.

— Ты во всем этом ориентируешься? – осведомился Сайндер.

— О да. В раннем детстве я была тако-ой пронырой.

Бабушка и отец передали девочкам по наследству истории о самых выдающихся сокровищах, находящихся на их попечении. Но они с Норико еще и сунули нос в каждую коробку, запоминая красивые узоры на каждой крышке и перебирая их содержимое. Со временем, когда подросшая Сакико проявила особую сноровку, было решено, что по стопам бабушки пойдет именно она. Сакико могла рассказать историю каждого предмета, с впечатляющей уверенностью перечисляя имена, даты и факты.

Кимико полагала, что это сделало Сакико реалисткой. Учитывая темперамент Норико, ее легко можно было назвать романтиком. Но кто же тогда сама Кимико?

— Вот, – сказала Анна Стармарк, указывая на шкаф, возвышавшийся у дальней стены. – Клинок здесь.

— Да. – Чувствуя на себе пристальные взгляды, Кимико проявила особую осторожность, своим телом прикрывая вид от любопытных глаз.

Доступ в глубокий шкаф был мудреным, как шкатулка с секретом, с хитрыми защелками и потайными панелями, скрывавшими его содержимое. Случайный взломщик мог бы обнаружить множество расписных свитков, резных изделий из нефрита и драгоценных артефактов. Но сокровища Междумирья хранились куда более тщательно.

— Этот шкаф сплошь в чарах, которые замаскированы сверху, – заметил Сайндер.

— Амарантийское мастерство? – заинтересовался Бун.

— Искусство мастера – серебряные рога, – сказала Кимико, слегка нажимая на вырезанную хризантему и поднимая защелку.

Авторами нескольких самых красивых шкафов и ширм были члены кланов оленей. Как и резные деревянные панели над дверными проемами, которые было так трудно очищать от пыли и натирать маслом.

Когда она открыла двойные двери, Бун хмыкнул.

Хисока подошел ближе:

— Как необычно.

Очевидное преуменьшение. Красные кристаллы создавали роскошный цветочный узор на покоящемся на подставке обнаженном клинке. При всей своей красоте блестящие камни делали меч довольно тяжелым для его размера. Лезвие, конечно, было острым, но использовать такой меч в бою было бы затруднительно. Амаранты могли с этим справиться, но оружие было защищено от них мерцающими чарами. Этот таинственный меч предназначался для использования наблюдателями.

— Ты шутишь, что ли? – Сайндер отступил. – Эта штука реально существует?

— Он спрятан здесь уже довольно давно. – Хармониус подошел к дракону и встал рядом. – Хранился в резерве на случай чрезвычайных ситуаций.

— Пламя Хризантемы – наше самое ценное и самое загадочное сокровище. А в записях о нем почти ничего нет, только имя да приказ хранить в секрете то, что он здесь. – Кимико жестом предложила Анне вынуть меч. – Мы должны отдать его только тому, кто придет сюда, зная, что ищет.

Анна подняла меч:

— До сегодняшнего дня мы с Хармониусом, возможно, были единственными, кто об этом знал.

Кимико очень хотелось получить как можно больше информации.

— Мой дед предполагал, что это изделие мастера-амаранта, но меч каким-то образом перешел в руки наблюдателей.

— Можно сказать и так. – Сайндер теперь фактически не был виден за Хармониусом. – Эта штука – один из шедевров Дзюндзи.