Книга Верравия. Рассказы, страница 25 – Дмитрий Билик

И противники обозначили прекращение соревнования между собой обоюдными поклонами.

Предпоследним в эоне был Нортин Эрль Клот, герой битвы при Утесе Лорентайл, самый опытный вояка среди всех родов, несговорчивый и упрямый. Его своевольного нрава боялись не только собратья, но даже эонары и гегемоны первого порядка. И именно теперь Хло смотрел в эти фиолетовые, темные, как объятая магией ночь, глаза. Ему казалось, что именно сейчас, когда не было применено ни одного заклинания, уже началось состязание.

— Внемли, — наконец сказал Нортин, неторопливо воздевая руку к небесам.

Хло понял все сразу. Не зря Эрль Клота именовали не иначе как Буреносный. Оставалось лишь задуматься, что сопоставить его силе. Вырастить высокое дерево он просто не успеет. Озера? Вода вообще пока давалась фейре очень тяжело. А что если?..

Использование верравийской магии, отличной от исконно тиирской, не поощрялось. Однако Хло не мог припомнить ни одного запрета в эоне на этот счет. Что ж, тогда выход был.

В любое другое время он бы не стал использовать это заклинание. Во-первых, его форма была сложной и витиеватой. Во-вторых, у фейры попросту не хватило бы запаса магических сил. В-третьих, призванный предмет весил явно больше самого претендента.

Но теперь, когда круг давал силы, искусность формы была не важна, а удерживать меч и не требовалось, Хло решил рискнуть. Наверное, движения казались чрезвычайно торопливыми и небрежными, но что поделать — там, наверху, уже набирала силу молния. Фейра закончил за долю секунды до того, как Нортин опустил руку. В двенадцати шагах от претендента возник двуручник, воткнутый в землю. Небрежный, грубый, словно созданный пьяным подмастерьем, но вместе с тем гигантский, если сравнивать с его создателем. Молния обрушилась с неба, но вместо Хло устремилась к мечу.

— Ловко, — только и сказал Нортин.

Гегемон опустил пальцы к земле и та, словно мельчайший песок, расступилась. Претендент сначала хотел призвать Защитную сферу, думая, что противник хочет использовать Шипы, но мысленно поблагодарил Матерь-природу, что не стал торопиться. Форма Зыбучих песков была наиболее простой и действенной, среди всех-магов земли. Многие путники попадали в такую ловушку, но вот когда напротив тебя чародей и он видит, что происходит, шансов на успех немного.

Наверное, многие, проходящие эон, могли растеряться. Фейра помнил, что в прошлом цикле трое из претендентов как раз погорели на Зыбучих песках. Но ведь они были простыми жителями Тиире, а никак не сыновьями эонара, на которых возлагались большие надежды.

Хло даже не стал создавать форму Левитации, заклинания сложного, чужого, но ему уже известного. Лишь развел ладонями в стороны, будто отталкиваясь от земли и применил Планирование. То, что известно и доступно каждому ребенку. Этим он показывал, как легко может нивелировать выпады гегемона.

Но Нортин и не думал сдаваться. Видя, что атака не прошла, он соединил ладони вместе, поднял и расцепил, разведя пальцы в стороны. Хло, на мгновение задумался, все же выбор против Града был большой, но решил вновь не изменять себе и пойти по самому простому пути. Редко кто среди сородичей использовал Окаменение — за короткий срок заклинание могло высосать из чародея все магические силы. Но в кругу силы гегемонов фейра мог себе позволить что угодно.