Книга Хрупкое завтра, страница 73 – Татьяна Тронина

Никитин сделал для меня очень много, тут же напомнила я себе. Из этих самых благих побуждений он творил для меня добро, в сердечном порыве. А я? Вот зачем я с ним так?! И вообще из него выйдет прекрасный отец и муж…

Чего же хочу я?

Я хочу ребенка.

Давным-давно, в моей первой жизни, когда я тоже была беременна, мне приснился сон. Как будто я держу на руках младенчика – своего ребенка. Я уже родила его. Он – человек. Маленький человек. Тогда, во сне, держа на руках свое дитя, я ощутила всплеск невероятно сильной любви, такое невероятное счастье… Ведь прижимать к сердцу свое дитя – это счастье! Никакими словами этого не передать. Тот сон был словно рассказ о моем рае.

Но я потеряла того ребенка. Тот рай.

А теперь неведомые силы мне его вернули.

И какая разница, что теперь скажут люди, как отнесутся к моему положению, что там скажет Никитин, что ощущает обманутый в своих ожиданиях Артур… Важно только то, что почувствую я, когда возьму своего ребенка на руки, прижму к своей груди.

Я посидела еще немного, глядя в небо, а затем отправилась домой. Там меня уже ждала Бабаня с новостями: оказывается, мне этим утром звонили и просили приехать завтра по указанному адресу. Адрес Бабаня записала карандашом на краешке газеты. Звонивший просил меня явиться с паспортом.

Я сначала испугалась, а потом внимательно прочитала адрес, записанный корявым Бабаниным почерком, и меня немного отпустило. Я ждала этого звонка.

* * *

Я вошла в известное здание из стекла и бетона на улице Правды, едва дыша от волнения. Перед тем мне пришлось довольно долго искать бюро пропусков, а прямо перед этим я наблюдала на улице, как заезжает в ворота типографии грузовик с двумя гигантскими рулонами бумаги.

Это было время расцвета периодики – семидесятые. Время, когда в каждой семье выписывали газеты и журналы.

Через несколько десятков лет эта бумажная империя рухнет, все газеты и журналы перейдут в интернет-пространство, а улица Правды, да и вообще весь этот квартал, сильно изменится. Знаменитое здание (памятник эпохи конструктивизма, между прочим) долго будет стоять заброшенным, а в 2006 году и вовсе переживет сильный пожар… Но буквально накануне моего попадания сюда произошло невероятное: в новостях я услышала, что здание решили восстановить и вернуть к жизни. Так странно и удивительно – оказывается, не все обречено на исчезновение. Словно волшебный феникс, прошлое начнет восставать из пепла.

…В большом холле, где располагалась редакция, пахло деревом, краской и… библиотекой. Вернее, книгами. Из открытых дверей доносился стук пишущих машинок, мимо прошли трое мужчин с бородками, в очках; удивительно одинаковые, они спорили о «положительном герое нового времени». Работники редакций? На стенах висели портреты известных лиц – писателей, журналистов.

— По лестнице пройдете, там указатель, – посмотрев мой пропуск, сказал мне строгий вахтер. Перед тем он позвонил кому-то по телефону.

На нужном этаже меня уже ждала дама средних лет в черной юбке и белоснежной шелковой блузе.

— Алена Морозова? Идем, – деловито произнесла она.

Коридор, обшитый темным деревом; мягкий ковер, в котором утопали ноги.

Вот дверь кабинета с табличкой «Главный редактор». Дама постучала в дверь, заглянула в кабинет:

— Борис Николаевич, Морозова пришла. – Потом обернулась ко мне: – Проходи, Морозова.