Книга Имя на солнце, страница 94 – Татьяна Тронина

Я взяла его руку и прижала ее к своей щеке. Никитин издал странный звук – как будто он то ли кашлял, то ли задыхался.

— Алена, я тебя люблю, – шепотом сказал он.

— И я тебя люблю, – обрадованно произнесла я.

— Ты выйдешь за меня?

— Да. Я согласна, – немедленно отозвалась я.

Он закрыл глаза и некоторое время сидел неподвижно. Потом очнулся, вздохнул глубоко. И сказал:

— Я хочу спасти тебя.

— Спасти? От чего именно? – немного насторожилась я.

— От всего и от всех. Ты как будто притягиваешь к себе что-то такое, неведомое… Я хоть и прочитал кучу книжек, но я не знаю, как это описать. Мистика это или не мистика, а фантастика – то, что происходит вокруг тебя… Ты здесь не так уж давно, а уже два раза я видел ситуации, в которых ты очень близко подходила, если можно так сказать, к краю пропасти. Ты рисковала и своей жизнью, и своей судьбой, своим будущим, своей репутацией.

— Ты про отца? – вдруг озарило меня. – В смысле, про отца Лены из четвертого подъезда? Когда я с «розочкой» на него пошла, да?

— Господи, Алена, я знаю, что он мерзкий тип, любого выведет из себя, но ты не должна была… ты бы лучше меня позвала на помощь. Вот мы все Яковлевну глупой старухой считаем – а нет, она и то тогда сообразила, что за помощью надо бежать. И тут я узнал про Барановых, как там пожар едва успели потушить. Ты пришла в ту квартиру, ты оказалась рядом с огнем, ведь ты тогда могла погибнуть, сгореть…

— Это случайность, совпадение! – воскликнула я.

— Нет, после двух таких случайностей я всегда настороже, знаю – произойдет и нечто третье. Нет, повторяю, я не мистик, в Бога не верю и во все эти суеверия тоже… Но, если ты будешь под моим приглядом, я тебя спасу.

— Так ты ради спасения на мне хочешь жениться? – вдруг обиделась я.

— Нет. Не только, – добродушно засмеялся он. – Какое же ты еще дитя… Я хочу на тебе жениться, потому что ты – чудо и счастье. И ни на кого не похожа. И ты тоже каким-то образом умудряешься всех спасать – и старую Яковлевну, и Ленку с ее матерью, и Милку Баранову… ну, представь, прихожу я к Полине Барановой, чтобы узнать, что у них тут приключилось, и она мне начинает рассказывать свой сон. У меня аж мурашки…

— Какой сон? – спросила я.

— Полине Барановой после того пожара приснился сон, будто ее дочь Людмила обгорела вся. Стала черной, черной… Мучилась два дня и потом умерла. И вот Полина стала жить одна, и было ей невыносимо плохо. Она словно целую жизнь в своем сне прожила, без дочери, представляешь? И Полина сказала мне, что если бы ты не пришла и не позвонила бы в дверь, а Милка не побежала бы тебе открывать – то так бы все и вышло. Милка бы сгорела.

— Никакой мистики, никаких вещих снов! Это пожарные испугали Полину. Они ей всю эту историю с возможными последствиями расписали, я сама слышала, – мягко возразила я.

— Ну да, возможно… – нехотя согласился Никитин. – Но я хочу тебя от всего оградить, как умею. Мы поженимся, ты будешь жить у меня. Яковлевну к себе заберем, это без разговоров.

— А где именно «у тебя» мы поселимся? – с интересом спросила я.

— У меня «двушка», я там с матерью живу, но она почти круглый год на даче, ей там больше нравится. Если с тобой поженимся и у нас дети появятся – есть шанс подать на расширение жилплощади, начальство мне навстречу должно пойти, я на хорошем счету. Ну, или обмен затеем, тоже что-то можно придумать. Ты бы хотела детей?