Книга Развод. Раскрашу жизнь заново, страница 85 – Марина Безрукова

Почему-то ловила себя на мысли, что вот так я бы рисовала собачек или других зверушек для деток. Вспомнилось, что видела пост, где городская больница приглашала волонтеров провести мастер-класс по рисованию для маленьких пациентов. И если раньше, я внутренне сжималась, как только представляла себя среди детей, то сейчас откликнулась бы с радостью. Есть у меня теперь ресурс, чтобы отдать кусочек сердца и души тем, кто сможет через рисунок выплеснуть боль и страх. Я умею. Я научу.

У меня был хороший педагог. При мысли об Олеге пальцы дрогнули, и на хвостике Мирона появился некрасивый штрих. Я аккуратно подчистила его шпателем, пока не засох. Оглядела работу. Цветочная тема мне, конечно, нравятся больше, но для разнообразия и пудель сгодится.

Прикусив губу, взмахнула рукой, будто поставила точку в воздухе. А напишу-ка я Мирона среди одуванчиков! Только не среди желтых, а уже пушистых. Получится персиковое облачко среди белых. А на носу пусть у него сидит одуванчиковый парашютик.

Идея так меня захватила, что я тут же кинулась подготавливать следующий холст.

— Алиса, включи «Мне можно всё!»

Недавно обнаружив для себя канал с песнями-аффирмациями, на удивление, пристрастилась. Никогда не верила в подобное, но сильный и глубокий голос певицы, ритмичная, зажигательная музыка, слова, в которых таилась сила – всё это оказалось по душе. Теперь я не противилась новому. И пусть то, что раньше я считала глупостью, побудет в моей жизни. Вреда от этого не будет. Пританцовывая и подпевая, я смешивала краски, чувствуя себя в этот момент абсолютно счастливой.

Жизнь прекрасна! И это несмотря на угрюмую, зареванную осень, которая жадно заглядывает ко мне в окно. Олег, наконец-то, оставил меня в покое, возможно, даже не без помощи Петра Гавриловича. Наверняка, старик сумел ему объяснить, что пакостить женщине некрасиво. У меня есть прекрасное помещение под мастерскую, да еще и задаром, я живу в уютной и очень-очень удобной квартире, а самое главное, у меня столько идей, что профессиональное выгорание мне точно не грозит.

Сквозь песню прорвалась мелодия телефона, и я впервые не вздрогнула, ожидая худшего. Звонила Ирина, помощница того загадочного человека, что приобрел мои картины. С колотящимся сердцем я замерла на месте. Он хочет встретиться со мной и обсудить большой заказ. Удобно ли завтра, в час дня, ресторан «Мансарда».

Я зажмурилась. Ого! Это же видовой ресторан, из окон которого вплотную виден купол Исаакиевского собора! И тут же себя одернула: это просто деловая встреча. С чего ты ведешь себя, как экзальтированная дамочка?

— Да, Ирина. Мне удобно. Я буду.

Закончив разговор, закружилась, раскинув руки, запела вместе с Террой.

Мне можно быть счастливой, смеяться и любить,

С легкостью ошибки принимать и дальше жить…

Я выбираю путь, что мне самой важней,

Мне можно всё, ведь я хозяйка своих дней!

Перед тем, как уснуть, продумала, что надену. Конечно, то самое платье. Вишнево-розовое. Оно приносит мне удачу.

Телефон внезапно выдернул меня из сна в 6.07. Щурясь в экран, я прочитала «Дина». В груди сразу же лопнул сгусток тревоги, залил всё багровым светом. Что-то случилось. Дина никогда бы не стала звонить без причины в такую рань. Господи, только бы с ней и домашними всё в порядке было!