Книга Книжный магазинчик на острове, страница 83 – Джули Питерс

— Твоя сестра написала.

— Надо же.

Франс ждал. Бенгт забрал письма, но вскрывать их на месте не стал – не хотел устраивать представление.

На большом конверте красовалась красная наклейка «КОМЕТ». Сердце на миг забилось быстрее, но он тут же успокоился: от Фрике это быть не могло.

Она в Америке. Далеко от «КОМЕТ», еще дальше от этого тихого острова.

И все же он вскрыл конверт, едва выйдя из почты. Внутри оказался толстый журнал, к которому была приколота визитка. «С наилучшими пожеланиями по поручению Фрике Вальгрен» – нацарапано кривым почерком. Подпись Бенгт разобрать не смог.

На обложке – черно-белый пейзаж, такой скупой, что он не сразу его узнал. Но на заднем плане виднелся его вагончик, а на переднем – он заметил это только сейчас – стоял мужчина: руки в карманах, вязаная шапка натянута на лоб… Это был он сам. Без сомнений.

Внизу – броский заголовок: «Заклинатель птиц: как орнитолог обходится без современных технологий и все равно добивается успеха».

Ну, если вся статья в таком духе, можно и не читать. Но Бенгт все же пролистал журнал, нашел нужную страницу.

И начал читать.

Чтобы добраться до Бенгта Герьетса, придется потрудиться. Из Гамбурга – полдня пути, хотя по прямой до Шпикерога всего сто пятьдесят километров с небольшим. Но когда доберешься – поездом, автобусом, паромом и пешком (именно в таком порядке), – в этом отдаленном уголке популярного курортного острова находишь главное: тишину.

Тишина нужна пестроносым крачкам – именно им посвятил себя орнитолог. Птицы эти привередливы: условия для гнездовья должны быть идеальными, иначе они не только не поселятся, но и не вернутся на следующий год.

На Шпикероге эти условия есть.

Дальше – в том же духе. Фрике писала просто и проникновенно; читая, он сам себе нравился – как если бы речь шла о незнакомце. Она выстраивала мост от его наблюдений за птицами к отказу от техники и писала о том, что каждому пошло бы на пользу иногда выключать смартфон. Мысли не новые, далеко не новые. Но то, как она их преподносила, заставило задуматься даже его: а может, умеренное использование новых технологий все-таки возможно?

Например, чтобы оставаться на связи с тем, кто живет на другом конце света.

Бенгт опустил журнал.

Она его слушала. Не просто уткнулась в телефон – по-настоящему слушала. И без единой записи умудрилась написать статью, в которой точно передала все, что он рассказал ей за те три дня.

Ладно, не совсем все… О его чувствах в статье вряд ли найдется хоть слово.

Зато нашлось кое-что другое.

Она писала о нем не как о случайном герое очередного репортажа. И не как профессионал, способный написать о чем угодно.

Либо Фрике чертовски хороша в своем деле – в чем он ни на секунду не сомневался, – либо…

Либо так. Она на другом конце океана, но мысли о нем ее все равно не отпускают. Об этом он предпочитал не думать. Они живут совершенно разными жизнями.

«Мы слишком разные», – подумал он.

И это лишь одно из множества препятствий на их пути.

— У тебя телефон пищит.

Харальд подпер голову руками и уставился в экран раскрытого ноутбука. Фрике сидела напротив, тоже глядя в экран. Пальцы ее быстро бегали по клавишам.

После большой ссоры несколько дней назад между ними установился хрупкий мир. На его предложение она так и не ответила, а он был слишком горд, чтобы заговаривать об этом снова.