Книга Сезонные страхи, страница 111 – Шеннон Макгвайр

— Она пропала! – вопит он.

Нахмурившись, Джек подходит к нему. Вид у нее спокойный. Гарри уверен, что это ненадолго.

— В смысле, пропала?

— В смысле, в машине ее нет! – Он пинает колесо, повинуясь мимолетной вспышке вызванного тревогой гнева, и беспомощно сжимает кулаки. И сразу жалеет и о том, и о другом: нога болит, ободранные руки тоже. Гарри разжимает кулаки, опускает плечи. – В машине ее нет и в туалете нет. Ее кто-то похитил?

— Нет, она все еще где-то рядом. Достаточно близко, я ее чувствую.

Представляя себе Калифорнию, обычно воображают эвкалипты и пляжи, но пока Гарри наблюдал почти тот же пейзаж, что и в родном штате: горы и хвойные, куда ни кинь взгляд. Вокруг крошечной зоны отдыха высится еловый лес, плотно сомкнутые колючие ветви заслоняют небо, звезды (они такие яркие вдали от крупных городов, невозможно яркие) и убывающую февральскую луну. Какой-нибудь маньяк легко мог утащить Мел в чащу и сейчас медленно режет ее на кусочки всего в паре футов, а Гарри ничего не подозревает, ничего не видит, а потом будет слишком поздно. Или медведь выбрался из леса в поисках съестного и решил, что, раз не подвернулась корзинка для пикника, можно закусить питательной девчатиной.

— Мелани! – вопит Гарри. – Мел!

Тишина.

Джек, которую с Мелани связывает невидимая, но всепроникающая цепь зимы, не теряет самообладания. Она медленно поворачивается кругом, оглядывая парковку, деревья, захудалый лужок – местный газон, который, несомненно, разбили здесь ради семей, путешествующих с четвероногими друзьями. Он не очень-то к себе располагает, в основном там растут сорняки да какие-то кустики – даже при тусклом свете видно, что это сплошь шипы и колючки; но трава тоже имеется, и собаке есть где побегать перед тем, как сделать свои делишки. Часть газона не видно из-за кирпичного домика.

Не вынимая руки из карманов, Джек идет туда. По наитию. Зима говорит, что Мелани где-то близко и ей не грозит немедленная физическая опасность, но на этом все. Во всяком случае пока. Хоть Джек и наболтала с три короба о том, как волнуется, что Мелани позабудет, каково это – быть человеком, и полностью погрузится в воплощение Зимы, сама она толком не знает, что именно случится с ней самой, если Мел изберет этот путь. У последнего Зимнего короля больше ста лет не было асцендентов, он воспринимал их всего лишь как костыль для подпорки идущего на убыль сезона; его собственный Ледяной Джек умер где-то в девятнадцатом веке, Джек так и не сумела разыскать никого, кто был с ним лично знаком.

Если Мел растеряет человечность, возможно, и Джек ее растеряет. Может, тогда одна из них всегда будет знать, где находится другая, и у них не останется друг от друга секретов. Джек не уверена, что ей нравится эта идея. Ей по душе ее секреты. Пусть их не так много, но те, что есть, для нее важны. Поэтому она медленно обходит здание и, заметив Мелани, останавливается, давая себе время осознать увиденное.

Она так и стоит, словно примерзнув (вот ведь ирония) к месту, когда к ней трусцой подбегает Гарри и тоже замирает на росистой траве, глаза у него округляются, рот открывается, он в шоке и замешательстве. В общем-то, ему не следовало так удивляться, он бы и не удивлялся, если бы был лучше подготовлен, если бы Джек могла лучше его подготовить.