Книга Сезонные страхи, страница 168 – Шеннон Макгвайр

— Нет, не отпустишь.

— Нет, не отпущу, – со вздохом соглашается Мэттью. – Мисти действительно хочет заполучить свою долю мясца, и я знаю, как тяжело ей было сдержаться и не срезать его с меня. Бедная малютка. Настоящее чудовище, знаешь ли. Гораздо более страшное, чем ты или я, по крайней мере, пока не доберемся до лабиринта. Как я понял, вы с вашей Зимой путешествуете вместе, потому что друг другу небезразличны? Она вышла из магазинчика с розами в руках, а нынче День святого Валентина, так что это неспроста.

Когда Гарри это слышит, сердце у него заходится. На прошлый Валентинов день он купил Мелани столько роз, что родители прочитали ему лекцию о неразумно потраченных карманных деньгах, а товарищи по футбольной команде потом долго проходу не давали, ведь он выставил их всех в невыгодном свете. А в этом году он ей даже шоколадки не купил.

Конечно, он сбежал вместе с Мел из дома и намеревался (и до сих пор намеревается) доехать до Алабамы, чтобы она осталась жива, но они дети капиталистического общества, и потому Гарри сложно не воспринимать отсутствие подарка как промах.

Наверно, все это угадывается по его лицу. Мэттью смеется.

— Она тебя обожает, не знаю, взаимно это или нет, и не станет связываться с другим партнером, пока ты жив. Для победы мне нужна Зима. А тебе нужно отречься, или я жуть что с тобой сделаю. С твоей точки зрения жуть.

— Отрекусь я или нет, ты меня все равно убьешь, – отвечает Гарри.

Если он отречется, Мелани умрет.

Поэтому он по-прежнему корчит из себя храбреца, даже если никакой храбрости при этом не ощущает. Если он умрет, пока они связаны…

Из-за связи с Мелани Гарри ушел глубже, он ее противовес, но именно из-за нее сам он так глубоко увяз в этом дерьме. Ни у кого из них в общем-то не было выбора. Если Гарри умрет, оставаясь претендентом, то, вполне возможно, Зима, которая медленно подавляет волю Мелани, просто перекинется на ближайшее доступное Лето.

А поскольку у ближайшего доступного Лета в руках костяная пила и он угрожает этой пилой Гарри, Гарри не очень-то нравится подобный расклад.

— Я не отказываюсь от своих прав на корону, – повторяет он медленно и четко. – Если убьешь меня, то убьешь претендента, и неважно, как это повлияет на твои обещания сестре. Ведь ты прав, моя Зима и я – мы вместе. Она моя девушка со средней школы. Ты ее получишь только через мой труп.

— Будет совсем затертый штамп, если я скажу, что это можно устроить? – спокойно спрашивает Мэттью. – Потому что это легко можно устроить.

— Хрень какая, словно два песика выясняют, кто во дворе главный, – стонет Джек, запрокинув голову и глядя на затянутый пластиком потолок. Она дергает руками, как будто ей хочется закрыть лицо, но они связаны. Теперь Джек кажется более спокойной, и Гарри никак не может решить, хорошо это или плохо. – Вы оба такие страшные и могучие, да? Необязательно гавкать друг на друга всю ночь напролет.

— Мэттью! – вопит откуда-то из-за пластикового занавеса Мисти, голос такой громкий и пронзительный, будто она совсем рядом. – Мама велит тебе вынести мусор!

Мэттью окидывает Джек ненавидящим взглядом.

— Повезло тебе, что с родителями не поспоришь, – возмущенно фыркает он и широким шагом направляется к выходу.

— Гавкай-гавкай, – спокойно говорит ему в спину Джек.