Книга Пепельные следы, страница 37 – Александра Н. Пушкина

— Мне это, как видишь, не помешало, – пожал он плечами. И вдруг повернулся к Сюзанн спиной. – Похож?

Светлая суконная рубаха пастуха, ярко выделявшаяся в лунном свете, и впрямь походила на отцовскую, которую он носил под камзолом. К тому же она была перечеркнута знакомой кожаной перевязью или… Сюзанн пригляделась: всего лишь свернутым в бухту через плечо пастушьим кнутом. Что ж, в густой темноте легко перепутать.

Несмотря на ночной холод, девичьи щеки запылали, а дыхание вновь перехватило.

— Т… ты? Как? Зачем?.. Нет. За что?! – она даже немного, насколько позволяла тропка, заросшая с краев ягодником, отпрянула от друга.

Тот вздохнул.

— Там опасно. Я видел тебя в карете и, знаешь, вдруг испугался. А страх – плохой советчик. Я знал, что ты не уйдешь из дворца, пока не найдешь Вальдера или… пока не случится что-нибудь дурное. И решил, что лучше уж так, чем оставить тебя в беде.

— Ты… – Голос внезапно охрип, в груди, в самой ее середине, зарождались мучительные рыдания, которые, Сюзанн знала, она сдержит любой ценой. – Ты обманул меня? Завел в чащу и бросил, напугал до смерти, потому что поверил в собственные фантазии?!

— Это не фантазии, Сюзанн, – голос его сделался жестким и хлестким. – Я видел тех существ, что отвезли тебя во дворец. Это нежить, пепельные! С ними плохи шутки!

— Откуда столько познаний у простого пастуха?! – ядовито выпалила в ответ девушка. Сейчас ей очень хотелось побольнее задеть человека, которого она считала другом. – Они странные, да, но это слуги королевы и, в отличие от тебя, не сделали мне ничего дурного!

Она поняла, что больше не в силах сдерживаться, бросила Тому его куртку и кинулась прочь, вперед по тропинке. Сюзанн не разбирала дороги, да и туман, плывший под ногами рваными перьями, мешал разглядеть тропу, но через несколько спешных шагов она неожиданно выскочила на открытое пространство. Ночной ветер ерошил желтеющие травы, блестевшие в свете луны то ли росой, то ли изморозью. Туманные перья стелились и здесь, превращая поле в перинную постель. Но все же это было оно, их с Томом поле. Сюзанн не знала, как им удалось настолько быстро тут оказаться, да это было и не важно. Важно лишь одно: друга у нее больше не было. Простить такой обман она бы никогда не смогла.

Поэтому, не дожидаясь, когда он вынырнет из-под сени деревьев, Сюзанн опрометью бросилась к усадьбе.

— Не ходи пепельными тропами, Сюзанн! – разнеслось далеко позади, и в этих словах послышались умоляющие нотки.

«Не ходи!» – зашептала трава под порывами ветра.

«Не ходи!» – промычала большая выпь с дальнего болота.

«Сами не ходите!» – зло подумала девушка.

Ноги путались в сухих стеблях, но глаза уже привыкли к темноте, а дорогу, по которой Сюзанн ходила сотни раз, она не потеряла бы даже во сне. Огни в доме были потушены, лишь из кухни струился дрожащий тусклый свет: Русвита ждала возвращения хозяек. В темном дверном проеме в ноги Сюзанн бросился горячий шерстяной ком, счастливо взвизгнул и облизал голые руки.

— Кнаббер, малышка! – Она потрепала отцовскую борзую по холке, и стало немного легче. Всего лишь на вес птичьего перышка, и все же. Вновь захотелось разбудить старую экономку, наверняка еще дремавшую на кухне, но пугать ее рваным грязным платьем и растрепанной прической не стоило.