Книга Ритм войны. Том 2, страница 276 – Брендон Сандерсон

Он шагнул вперед и развел руками:

— Ну ладно. Вперед! Но знайте одно! Вы говорите, что спрены не лгут, что спрены не изменчивы, как люди? В следующий раз, когда попытаетесь притвориться, что это правда, вспомните этот день! Вспомните, как солгали, когда пообещали мне справедливый суд. Вспомните, как обращались с человеком, который пришел к вам по доброй воле!

Толпа замолчала. Даже его самые громкие соперники притихли.

— Тебя предупреждали об этом разбирательстве много раз, человек, – сказал позади Келек. – Они сделали свой выбор.

— Не все, – сказал Адолин. – Я думал, что найду за этими воротами разумных существ. Спренов, знающих толк в чести. Но знаете что? Я счастлив, что этого не случилось. Потому что теперь я знаю, какие вы на самом деле. Такие же люди, как и все мы. Некоторые из вас напуганы. Это заставляет вас бояться брать на себя обязательства. Это заставляет вас думать о вещах, которые вы когда-то считали иррациональными. Это я понимаю. Я рад, что вы похожи на людей, потому что знаю, что это значит. Это означает, что вы сомневаетесь – боитесь, испытываете неуверенность. Поверьте, мне эти чувства знакомы. Но вы не можете сидеть здесь и притворяться, что все люди одинаковы, что все люди заслуживают того, чтобы отвернуться от них, – вы несовершенны, как и мы. Этот суд тому доказательство. То, что вы на самом деле чувствуете, – тоже.

Он пристально посмотрел на них. Дерзя им. Бросая вызов.

Наконец ощутив неловкость, спрен в первом ряду откашлялся и встал.

— А ты знал…

— О, хватит притворяться, – перебил Адолин. – Хочешь продолжать этот фарс? Славно. Действуй по плану. А я поведу себя как законник и спрошу: ну и какой следующий способ дискредитировать меня предусмотрен в списке?

Спрен неуверенно оглядел собравшихся.

— Я… Ну, ты знал об этом?

Он махнул рукой в сторону верхней части трибун. Спрены расступились, и все обернулись, глядя на кого-то, кого вела вниз по ступенькам Амуна, опекунша мертвоглазых. Сегодня у нее была одна подопечная: криптик с испорченным, увядшим рисунком вместо головы.

Преисподняя. Именно этого он и боялся.

— Ты знаком с этим криптиком? – спросила Амуна со ступенек.

— Если это та самая, которую я видел, когда впервые высадился на этих берегах, то нет. Я встретил ее только один раз, на рынке, где пересекаются караваны.

— Ты знаешь ее историю?

— Мне… рассказал лавочник.

— Ее убили всего несколько лет назад, – сказала Амуна. – Это доказательство твоей лжи. Современным Сияющим нельзя доверять.

— Нет никаких доказательств, что это сделал Сияющий. Мы столкнулись с людьми – не имеющими ничего общего с моим народом, – которые напали на Нотума. Возможно, они напали и на нее.

— Такая атака дает спрену возможность в конце концов исцелиться при наличии достаточного количества буресвета, – парировала Амуна. – Единственная истинная смерть для спрена, единственный способ создать мертвоглазого – это нарушенные клятвы Сияющего.

Амуна указала на мертвоглазую:

— Она погибла не во времена Отступничества. Ее убили меньше десяти лет назад. И это сделал один из твоих Сияющих.

— Скорее всего, кто-то новый, непроверенный, – сказал Адолин. – Кто-то, о ком мы ничего не знаем. Не один из наших; бедный новый Сияющий, который не понимал, что делает. Если бы вы просто…