Книга Павший, страница 169 – Анна Щучкина

Однако я проглотил это, посмотрел вперед. Астраэль Фуркаго пожирал мясо с кровью. И я вдруг осознал очень ясно и четко: все это лишь слова. Он не уступит свой трон. Никому и никогда. Всякий раз будет находить способы отложить передачу власти, назначать новых и новых преемников, все более удобных, пока иссохшая, обескровленная Таррвания не согласится терпеть его еще тысячу тысяч лет.

— Значит, со свадьбой придется поторопиться, – спокойно сказал я.

— Да. – Император промокнул губы белоснежной салфеткой. – Мы начнем подготовку, как только… в ближайшее время.

Я кивнул, будто принимая дар. Нижняя рубашка намокла от ледяного пота. Император не просто лжет – он строит клетку. Для нее. Для ребенка. Для меня. И похоже, действительно верит, что Рейн мертв.

— А если ребенок окажется… другим? – спросил я, внутренне надеясь на этот исход. – Не дитто белого дракона?

Император ответил не сразу. Он взял бокал, покатал вино, словно взвешивая не жидкость, а мою душу.

— В таком случае он просто не появится на свет.

Аниса резко вдохнула.

— Ты говоришь о жизни как о лишней нитке, которую можно обрезать, – прошептала она.

— Я говорю о порядке, – поправил император. – А порядок требует жертв. И завтра, кстати, будет принесена одна из них. – Он сделал паузу, наслаждаясь моментом. – Твой брат, Аниса, будет казнен на рассвете.

Я прикрыл глаза. Ну разумеется. Вот почему император лоснится, как сытый кот.

— Мой брат… здесь? – выдавила Аниса.

— В темнице, – подтвердил он. – Отказался признать мою власть. А в Таррвании это называется изменой.

Я сделал глоток вина, стараясь согреться. Император сиял. Он собирался навеки уничтожить своего самого главного врага. Убить прошлое. Убить надежду. А вместе с ней – все, что могло бы помешать ему править вечно.

— Завтра утром, – продолжал он, – вы выйдете на балкон вместе со мной. Оба наденьте белое. В знак нашего единства.

— Белым мелом посыпают место преступления, – сказала Аниса. – Он успокаивает совесть тех, кто его сеет.

Император лишь улыбнулся.

— Не трать остроумие на мелочи. На рассвете тебя ждет важная роль.

Ужин прошел в мертвой тишине. Серебро звенело, как цепи. Вино пахло железом.

Когда мы вышли, я проводил Анису до ее покоев. У двери остановился, склонил голову, будто поправляя манжету, и быстро прошептал:

— Через час. Либо я, либо один из моих лейтенантов.

Аниса кивнула и перешагнула порог.

Он разделил нас, четко обозначил границу. Я повернулся и направился к лестнице, ведущей вниз.

Брат Анисы, как и ребенок в ее чреве, – угроза для меня, моей будущей власти, под которой Таррвания должна расцвести вновь. Но угроза сохраняется лишь до тех пор, пока не будет проведен ритуал. Завтра это случится, и все опасности будут устранены.

Кроме последней и самой главной.

Впрочем, сегодня за ужином я услышал достаточно, чтобы больше не колебаться, прежде чем замарать руки. Я больше не сын Астраэля. Именно я – не Рейн, не Костераль и даже не Александр Корс – тот, кто положит конец тысячелетнему правлению.

Я прибавил шагу, направляясь во тьму.

Дворец Алого заката

946 год правления Астраэля Фуркаго

В дверь постучали – коротко, как принято в этом склепе, который по привычке называли дворцом. Тан вошел и кивнул, не произнеся ни слова. Я тоже ничего не сказала – просто последовала за ним.