Книга Я еще скелет? Да сколько можно!, страница 3 – Алексей Сказ, Паркер Прах

— Магистр права, Аларик, — произнёс мэр, его голос был ровным, почти лекционным. — Его современники считали его чудовищем. Он запретил десяток религиозных культов и ввёл единый свод законов для всех, невзирая на расу и происхождение. Его ненавидели, но именно его реформы остановили гражданскую войну и заложили основу процветания города на следующие двести лет. — Он сделал паузу, повернув свою массивную голову к Эларе. — Как по-вашему, история его оправдала?

Это был вопрос с заковыркой, ему не нужен ответ, ведь тот ни за что не изменил бы его собственное видение.

— История — это инструмент, который победители используют для оправдания своих методов, — холодно ответила Элара, без интереса уведя взгляд в строну. — А процветание — слишком уж хрупкая вещь, чтобы судить о ней только по действиям одной отдельной личности.

На губах Готорна мелькнула тень одобрительной усмешки. Он ничего не ответил, лишь продолжил путь.

Этот человек окружал себя символами… Нет, он почти что жил ими. Элара будто попала в целый музей идеологии, храм, воздвигнутый в честь своей миссии. Она видела, что этот человек живёт не для удовольствий, а для идеи и вряд ли когда-либо захочет отступить.

Они подошли к массивной двери из зачарованного металла, по которой пробегали голубоватые рунические письмена. По обе стороны от неё, словно статуи, замерли два гвардейца в полной броне, чьи лица были скрыты глухими шлемами. Готорн приложил ладонь к панели, и руны вспыхнули ярче. С тихим шипением дверь отъехала в сторону, открывая вид на…

Элара замерла, невольно задержав дыхание.

Перед ней раскинулась не просто комната, а целый научно-исследовательский комплекс. Огромный, многоуровневый зал, залитый ровным белым светом магических сфер. Вдоль стен тянулись ряды алхимических станций, перегонных кубов из лунного хрусталя и сложнейших артефактов, чьё назначение было известно лишь горстке посвящённых. Воздух гудел от скрытой мощи работающих приборов. Стоимость одного только оборудования здесь была астрономической. Вокруг уже стояли, выстроившись в идеальную линию, два десятка ассистентов в белоснежных халатах, готовые немедленно приступить к работе. Рабочие руки с мозгами опытных алхимиков, которых ей всё время так не хватало…

Она не смогла сдержать профессионального восхищения.

Вон тот спектральный анализатор душ она видела лишь в запретных чертежах из архивов Академии, а темпоральный стабилизатор для работы с нестабильными реагентами считался утерянным артефактом Древних. Готорн, преследуя какие-то свои цели, достал то, что не продаётся ни за какие деньги. Не только банальное богатство, возможно, у него есть доступ к самым тайным хранилищам Подземелья. Осознание масштаба его власти пощекотало Эларе ноздри, как аромат свежеиспечённого хлеба на голодный желудок. Влияние этого человека простиралось не только на город, но и далеко за его пределы. Может быть, он даже часть чего-то большего, какой-то глобальной, невидимой силы…

Элара медленно перевела взгляд с великолепия лаборатории на самого Готорна. Она издевательски изогнула бровь, и в её голосе прозвучал чистый яд.

— А где же моя клетка? Я думала, меня хотели арестовать.

Готорн усмехнулся. Это была не злорадная ухмылка, а всего-лишь спокойная, снисходительная улыбка взрослого, который смотрит на капризного, но одарённого ребёнка.