Книга Егерь. Последний рывок, страница 42 – Николай Скиба

Когда он заговорил, его голос стал высоким — будто из-под него выбили последнюю опору.

— Так не делается. Ты не можешь просто… Трибунал. Я прикажу, Иван. Ты не имеешь права…

— Имею, — прохрипел Драконоборец, сплёвывая густой сгусток на мрамор. — Мой недосмотр. Моя вина. Но эти двое… — он с трудом втянул воздух, со свистом пропуская его через рану, — они спасли то, что осталось. Трибунала… не будет. Я закончил.

Аларих замолчал.

Иван уставился прямо перед собой — туда, где не было ничего, кроме разбитых плит и осевшей пыли. Его лицо успокоилось — вода в очень глубоком колодце перестаёт рябить, когда в неё больше не бросают камней.

Я не двигался.

Это был его момент. Вмешаться — значило испортить то единственное, что у Ивана ещё оставалось: право уйти так, как он сам решил.

Я дал ему эту минуту.

Некоторые моменты нельзя ускорить. И помочь нельзя. Исправить? Тем более.

Густая кровь Ивана методично разбивалась о мраморную плиту.

Капля-пауза-капля. Мерный стук отмерял время в разгромленном тронном зале.

Тёмная эссенция потекла обратно в ядро. Физический откат ударил по нервным узлам. Холод стянулся от плечевых суставов к позвоночнику, мышцы болезненно скрутило судорогой. Неестественная плотность покинула кости, оставив после себя ноющую тяжесть.

Моё восприятие вернулось в обычный спектр. Ноздри мгновенно забило едкой вонью пролитой желудочной кислоты и вскрытых человеческих внутренностей.

Аларих сфокусировал внимание на моём лице, затем зрение скользнуло выше — на белые пряди. Губы Алариха дёрнулись.

— Ты поседел. Это… — из его пересохшего горла выдавился хрип.

— Это цена мира на нашем континенте, — оборвал я. — Бой на твоих улицах продолжается, Аларих. Разорванные ментальные нити оставили ваших людей с тяжелейшей контузией. Им всем нужна помощь.

Я мысленным усилием свернул боевой порядок. Моя стая вновь растворилась в ядре.

Седой командир гвардии перехватил древко. Офицер отследил исчезновение зверей, но расслаблять мышцы не стал. Его отряд всё ещё стоял в жёсткой оборонительной стойке.

Я обошёл искорёженную тушу Изольды и остановился в трёх метрах от короля.

— Мои соболезнования, государь. Я не знал королеву, но уверен — она была хорошим человеком.

Желваки на скулах Алариха вздулись. Он впился взглядом в моё лицо, выискивая малейший признак издевательства. Лицевые мышцы монарха слегка расслабились, когда он наткнулся на глухую стену равнодушия.

Я видел слишком много выпотрошенных тел.

— Что вы хотите?

Голос Алариха выровнялся — он перешёл в режим оценки ущерба.

— То, о чём договаривались. Указ! Полная независимость города Древа и северной Зоны максимальной опасности.

Зал погрузился в тишину. Иван хрипло втянул воздух пробитым лёгким.

— Моя жена мертва… Моя гвардия… — пробормотал Аларих, словно в бреду. — Ты требуешь земли… сейчас?

— Именно сейчас, Аларих. Потому что у вас шок, а у меня его нет. Зона никогда не была вашей. И поселения там никогда не было. Требую зафиксировать реальность на бумаге, — ровным тоном произнёс я. — Город функционирует. Зона закрыта. Твари больше не лезут из Раскола. Оставшиеся магические хищники превратились в ограниченный, уникальный ресурс. Мы берём их разведение под свой контроль. Ваши наследники получат стабильный рынок. Пустите туда Звероловов прямо сейчас — они за несколько лет вырежут зверей под корень. Я никогда не был врагом Короны, Аларих.