Книга Псих. Ты мой диагноз, страница 81 – Лисавета Челищева

Вика побледнела. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент раздался звонок в дверь.

Я замерла. Вика тоже.

Три коротких, резких звонка.

Мы переглянулись. Вика смотрела на меня испуганно, растерянно. Я не могла двинуться. Сердце колотилось так, что, казалось, его было слышно в прихожей.

— Ты кого-то ждёшь? — спросила я шёпотом.

Она виновато отвела глаза.

— Лан, я...

— Ты сказала Тимуру адрес?

— Он сказал, что будет волноваться! Что если ты уедешь, он не сможет тебя защитить. Я просто...

— Вика, зачем?! — Я почти кричала, голос срывался.

Звонок повторился. Теперь громче, настойчивее.

— Открой, — я сдалась, отступая к стене. — Открой и скажи, что меня нет.

Вика медленно встала, вышла в коридор. Я слышала, как щёлкнул замок, как скрипнула дверь. А потом — тяжёлый удар. Будто что-то рухнуло на пол.

Я закрыла глаза. Дрожь прокатилась по всему телу. Что это был за звук? Я не могла представить. Ни Вику, ни Тимура не было слышно.

Я медленно выглянула из-за угла.

Тимур стоял на коленях в дверях, ввалившись в квартиру наполовину. Он держался за косяк, но пальцы соскальзывали, оставляя на белой краске багровые разводы. Его лицо было в крови. Разбитая бровь, рассечённая губа, скула — вся левая сторона превратилась в сплошной синяк.

— Закрой дверь, — прохрипел он, глядя на Вику. — Быстро.

Она захлопнула дверь, повернула ключ. А я стояла и смотрела на него, не в силах пошевелиться.

Тимур поднял голову. Увидел меня. Концы челки были испачканы и заслоняли глаза.

— …Лана, — прохрипел он. — Ты должна уехать. Прямо сейчас.

Я подошла и опустилась рядом с ним на колени. Пальцы сами потянулись к его лицу, но он перехватил мою руку.

— Я звонил тебе. Почему ты сбросила?

— Я испугалась… Тимур, кто сделал это с тобой?

Он закашлялся, сплюнул кровь на пол.

— …Не догадываешься?

Он попытался встать, но вместо этого его глаза закатились. Тело обмякло. Он молча рухнул на меня, и я едва успела подхватить его под мышки, удерживая от падения на пол. Он был тяжёлым — вся его масса навалилась на меня, прижимая спиной к стене.

Вика что-то кричала, металась по квартире, но я не разбирала слов. Я лишь сжимала пальцы на его плечах, удерживая его тело, и смотрела на закрытую дверь.

Он идёт за мной.

ОН

* * *

ДЕСЯТЬ ЧАСОВ НАЗАД

Я пришёл в себя рывком. Голова гудела, во рту — привкус металла и химии. Пол под щекой был холодным, и этот холод медленно пробирался в сознание, вытаскивая из тяжёлого бреда. Я лежал на боку, скрючившись, и первое, что почувствовал, когда попытался пошевелиться, — ноги. Их будто не было.

Паника ударила с такой силой, что свело зубы. Я дёрнулся, пытаясь опереться на руки, и снова рухнул. Тело не слушалось. Мышцы были мягкими, будто кто-то выкачал из них всю кровь. Я сжал зубы, заставляя себя дышать.

Вдох. Выдох. Сейчас.

Второй рывок — и я перекатился на спину. Потолок плыл перед глазами, но ноги… теперь я хоть чувствовал ноги. Они были. Просто не двигались. Как тогда. Как три года назад, когда я лежал на операционном столе и смотрел, как хирург склоняется надо мной с пилой. Они не знали, что наркоз не подействовал. Не знали, что сказать я им об этом не мог. Тело не давало.

Я закрыл глаза и заставил себя вспомнить наш вечер. Вино. Лана принесла вино. Я потерял бдительность. А потом… потом мир накренился, и я увидел её лицо. Она не испугалась. Она смотрела на меня, лежащего на полу, с таким спокойствием, будто ждала этого. Будто планировала.