Книга Арктическое зло, страница 108 – Джим Чайковски

Такер ответил Юрию беззвучно, указывая на необходимость использовать ларингофон:

— Да, прямо перед нами дом Сычкина.

— Точно, – уныло прошептал Юрий.

Впереди на углу Ильинской улицы над деревьями возвышалось пятиэтажное кирпичное здание, увенчанное остроконечной башенкой с переплетчатыми окнами, выходящими на Троице-Сергиеву лавру. Здание окружал обширный сад. Когда-то это был загородный дом, дача, но затем его окружил со всех сторон разросшийся город.

Здесь обосновался Леонид Сычкин – дом принадлежал его предкам на протяжении нескольких поколений. В советскую эпоху многие загородные дачи были национализированы и превращены в общественное жилье – но только не эта. Сталин лично сделал исключение для семьи Сычкиных, в основном вследствие щедрости деда Леонида, который подарил вождю другую принадлежавшую семейству дачу, под Ленинградом.

Эти и другие факты фамильной истории Сычкиных Такер узнал от трех монахинь – сестер Ульяны, Марии и Натальи, сопровождавших Сейхан. Выросшие здесь, они не питали теплых чувств к сторонникам Сталина. Больше того, все трое считали, что Сычкина привела в лоно церкви не истинная вера, а жажда богатства и власти. Влияние возрожденной Русской православной церкви неуклонно росло, в ее сундуки нескончаемым потоком текли деньги. Если так, интерес Сычкина к утерянным библиотекам и таинственным континентам был объясним.

«Если взойдет звезда России, взойдет звезда и самого Сычкина».

Дойдя до конца парка, Такер шагнул на тротуар, оставаясь в тени раскидистого клена. Теперь, вблизи, он видел строительные леса и лестницы, окружающие здание. Кровля на крыше выглядела новой. Несколько оконных проемов были на время закрыты фанерными щитами в ожидании новых окон. Шпиль сверкал новенькой позолотой, словно соперничая с золотыми куполами лавры. И не вызывало сомнений, что ремонтно-восстановительные работы были в самом разгаре.

Такер нахмурился.

«Нечего и думать о том, что эта дорогая реновация осуществляется на жалованье архиерея».

Такер готов был поспорить, что Сычкин снимает пенку со щедрого потока денежных средств, наполняющего казну православной церкви. Неудивительно, что монахини испытывали к нему такую сильную неприязнь.

Четыре женщины в рясах, выйдя из парка, остановились метрах в тридцати справа от Такера. Тот по-прежнему не мог определить, которая из них его напарница. Пусть Михайлова была мастером перевоплощений, использовавшим свое бесцветное лицо как чистый холст; определенно, Сейхан в искусстве обмана ничем ей не уступала.

Такер связался с Сейхан по рации, почесывая подбородок, чтобы скрыть движения своих губ:

— Мы готовы.

— Лимузин перед входом, – предупредила Сейхан. – Это та самая машина, которую мы с Греем видели в Симоновом монастыре.

Такер также обратил внимание на роскошный лимузин, стоящий перед чугунными воротами. «Значит, Сычкин должен находиться внутри».

План действий заключался в том, чтобы обе группы двинулись в противоположные стороны, по возможности изучая особняк. Две брусчатые дорожки, обнесенные высокими кирпичными стенами – одна позади здания, другая справа от него, – отделяли окружающий здание парк от соседей.

Сейхан вместе с монахинями направилась к дорожке справа. Ей также предстояло исследовать фасад здания. Такер и Юрий должны были осмотреть левую сторону особняка и то, что находилось за ним.