Книга Дело о разбитом сердце, страница 41 – Наталия Журавликова

Мне стало страшно. Вдруг она психическая, а я к ней сама пришла? Хорошо еще, что Лафер в курсе, кабриолет ждет на улице и вообще, страшная зверюга успела проскочить под ногами, пока Жерардина меня в дом втаскивала.

Филби с интересом принюхивался.

— О, вы даже ищейку привели! — обрадовалась подозреваемая.

— Я всегда прихожу во всеоружии, — сказала я многозначительно, сделав упор на «оружии».

— Это хорошо, потому что на меня могут напасть. Я чувствую! Слишком близко подобралась к нему, да.

— К кому же, мисс Новес? И почему решились меня позвать? — я сделала строгое лицо, как у моей учительницы географии в школе. В списке беспощадных циников она могла бы уверенно занять место между моим любимым доктором Хаусом и Круэллой.

— Как только я вышла из целительской, мне передали конверт с вашим позывным, сказали что вы меня разыскивали, — отчиталась Жерардина.

Ага, значит я оказалась права.

— А теперь верните мне его! — велела я. — Это очень, очень секретная инфомация.

Новес кивнула и пошла искать конверт, а я получила возможность осмотреться.

Внутри домик был разделен на три комнаты, видимо здесь это считается стандартом жизненного пространства для одного человека. Шикарные условия. Мы стояли в гостиной, которая так же как у меня была совмещена с кухней.

Из мебели тут было два дизайнерского вида комода из светлого ореха, большой обеденный стол, тоже стильный, в тон всему остальному. Уютный диван и два кресла выглядели призывно. Так и хотелось в чем-нибудь из этого утонуть. Филби, не церемонясь, в одно кресло и запрыгнул.

— Филби, нельзя! — сделала я псу замечание. Он поджал уши, но хозяйка любезно заметила:

— Пусть сидит. Тут и так полно волос. Сейчас Герарда в отъезде, а когда она здесь, то все в ее шерсти.

— Кто такая Герарда? — спросила я.

— Моя кошка, очень пушистая. Пока я лечилась, она жила у моей подруги.

— Если у вас тут так все запросто, могу я тоже присесть? — и я выразительно посмотрела на Жерардину из-под упавшей на лоб рыжей пряди. Собраться-то не успела толком, и обычный пучок, свойственный Бренде, не скрутила. А ее волосы между прочим очень хороши. Зачем она их утягивала все время, спрашивается?

— Да, конечно, — торопливо кивнула Жерардина, — заодно проверите, не подложил ли он мне взрывчатку туда.

Моя пятая точка зависла, не успев опуститься на мягкую площадку кресла.

— Что, простите?

— Ну… да, у меня высокий уровень тревожности, — повинилась подозреваемая, — вот ваш конверт. Возьмите. Все равно я наизусть номер запомнила.

Протянув руку, чтобы принять у нее документ, я все же плюхнулась в кресло. И не взорвалась. У кого-то тут паранойя.

— Итак, мисс Новес, — пробуравила я ей страшным взглядом переносицу, — и кто же вас собирается убить?

— Конечно же, Матиас! — выпалила Жерардина.

От неожиданности я икнула. Что за мания у всех Колера обвинять?

— Какие у вас основания подозревать коллегу в подобных зверствах? — спросила я, и кажется, это прозвучало с упреком. Нравится он мне, что поделать. Очень непрофессионально, я понимаю. Но я в теле стервы меньше недели.

Жерардина Новес со вздохом присела на подлокотник дивана.

— Вы ведь знаете, с каким диагнозом я загремела в целительскую?

Я кивнула:

— Расстройство из-за стресса. Вы отправились на лечение буквально перед убийством Хомера. А до этого страдали от нервной горячки.