Книга Дело о разбитом сердце, страница 48 – Наталия Журавликова

После того, как парфюмерная фабрика закрылась, эти сосуды приспособили для хранения составов типа любовных зелий, как и сказал Лафер. Внутри улики что-то такое нашли? А может, остатки «неизвестного вещества» окажутся в итоге старыми духами, которые так и не смогли обрести популярность?

Черт возьми. Ситуация такая, что я сейчас либо делаю шаг вперед, либо наоборот, меня уводит куда-то в сторону.

К сожалению, в этом магазине антиквариата сообщили, что данный флакон приобретен, скорее всего, не у них. Да, два собрата моей улики пылились на витрине, всего их было три в наличии, и третий продан лет десять назад. А вот он это или нет… можно попробовать установить, но нужна экспертиза.

Я написала заявку на имя Питерсона, с просьбой провести расследование, где остальные пять пузырьков, кроме разбитых и тех, что стоят в магазине. Найденный под лавкой тоже включила в список, поскольку надо узнать, откуда он «родом». Отдала документ Лаферу и решила пока отвлечься на другие задачи.

Пока помощник относил заявление, я со всех сторон осмотрела улику, надев перчатки. Даже понюхала, чем пахнет. На духи вроде бы не похоже. Если только очень на любителя. Запах слабенький, но чутье профессионального продавца косметики подсказалоо мне, что раньше он был резковатым для женской парфюмерии.

Лафер вернулся, чтобы забрать улику обратно в хранилище и я огорошила его новым вопросом:

— Почему Бивик позволяет себе так со мной обращаться? У него иммунитет? Или он бессмертный?

Попугайчик испуганно хихихнул.

— Ну, он же сейчас временно ведет в счёте.

— Чего? — не поняла я, не сразу осознав, что могу выдать свою неосведомленность.

— До того, как инспектор Бивик ушел в отпуск, в вашей личной перепалке он вырвался вперед. Было 33:32.

— Какой кошмар! — сказала я потрясенно. И дело не в том, что меня кто-то там обошел. Просто я понятия не имею, в чем.

— Да вы не переживайте так, Бренда, — посочувствовал Лафер, — в любом случае, в конце года результат обнулится. И вы сможете в следующем году его снова разбить наголову, как в прошлые разы.

Так, зря я забросила дневник мисс Холмс. Наверняка там должно быть описано, что за поединок у них с нахалом Бивиком. Видимо, спор какой-то.

Но главное, что не служебный роман, как я уже испугалась.

— Зачем Питерсон вызвал Колера? — задала я следующий волнующий меня вопрос.

— Так стандартная процедура. Остальные подозреваемые сегодня тоже явятся к шефу, засвидетельствовать, что присутствуют в Зидаире и не собираются покидать ни город, ни страну. Кажется, вы совсем утомились, Бренда! Счет дням потеряли.

Так вот почему Роберт Боберт прибывает на повторный допрос именно сегодня. Так просто удобнее, два раза не ездить.

Голова кругом идет.

Такое ощущение, что передо мной огромный клубок, из которого торчит куча ниток, и мне надо каждую выделить в отдельный моток.

Насколько же это сложно, жить «вслепую»! Догадываясь, в каких отношениях ты с тем или иным человеком и вообще не понимая, как тут и что организовано.

Я не успела начать слишком переживать по этому поводу, потому что Лафер сообщил:

— Прибыл Роберт Боберт. Питерсон уже его освидетельствовал и отправил к вам.

Вздохнув, отправилась в допросную, радуясь, что историю Боберта и Хомера я изучила достаточно хорошо.