Книга Дело о разбитом сердце, страница 49 – Наталия Журавликова

Друг Григора Хомера оказался мужчиной видным и обаятельным, собственно, я это еще на его магических фоточках разобрала.

Когда я зашла в допросную, он выглядел растерянным, смотрел на дверь и ерошил свои идеально подстриженные волосы.

— Доброго дня, — вежливо, но многозначительно постаралась сказать я. У мужика причина расквитаться с жертвой была более чем веская. Да, много лет прошло, но месть, как говорится, подают холодной.

Пока он был моим фаворитом по части мотивов. И я жаждала избавить от подозрений Матиаса Колера, чего уж там. Неравнодушна я к нему, что и говорить.

— Я отметился у вашего начальника, — произнес подозреваемый приятным басом, — надеюсь, и наш разговор станет такой же формальностью.

— Надейтесь, — жестко ответила я, садясь напротив, — только сначала постарайтесь меня убедить, что не могли покинуть свое рабочее место незамеченным во время убийства.

Боберт помрачнел.

— Я ведь вам уже все в прошлый раз подробно живописал, а вы мне не верите, — голос мужчины стал на тон выше, — да, конечно, я начальник и мог запугать своих подчиненных. Но честное слово, не было такого. Сидел, зарывшись в бумаги. Да и потом, зачем мне убивать Грига?

— Из мести, разумеется, — отчеканила я.

— Да, Григ был гадом, — вздохнул Роберт, — хоть я его и считал своим другом в школе. Но его мерзкий поступок сослужил мне неплохую службу.

— Это как же?

Если судить по тому, что я успела прочитать, всё однозначно. Двое приятелей влюбились в одну девушку, поняли, что это разрушит их добрые отношения. И договорились не претендовать на ее сердце. Хоть у видного Роберта шансов было куда больше, чем у невзрачного Хомера. Да и сама девушка была к нему расположена.

Григор предал их дружбу несколько раз. Сначала, когда продолжил свои ухаживания за спиной Боберта. И потом выбрасывая записки, что девочка просила передать красивому соученику. Тут он даже их обоих предал.

Потом была драка, в которой Роберта и обвинили.

И какую же службу, извините, мог сослужить своему приятелю Хомер? Или Роберт — мазохист?

— Я ведь вам говорил, что встретился с нашей первой любовью, Элией?

— Помню, да. И после этого вы снова поругались с Хомером. Это ли не доказывает, что гнев на приятеля не остыл? Или вы такой слабак, который только и может обижаться, а потом прощать? Вряд ли.

Моя бестактность задела Роберта за живое. Он вспыхнул. На то и рассчет.

— Я не слабак. Вы забыли, как я с ним разделался после выпускного? — сердито спросил он.

— И что, всю жизнь теперь это помнить? — я хмыкнула.

Чёрт, определенно во вкус вхожу.

— Вы и в тот раз решили, что наша нынешняя ссора связана с делами прошлого, — буркнул Роберт.

— А что, он и сейчас Элию у вас увел? — оживилась я.

— Вы такая циничная… извините. — кажется, подозреваемый испугался собственной дерзости.

— Спустя столько лет я увидел ее, мою первую любовь. И понял, что мы выросли в совершенно разных людей. У нас совсем нет общих точек соприкосновения.

— Так это всё потому, — не утерпела я, — что у вас в юности не сложилось. Кто знает, живи вы вместе, может, и смотрели бы в одну сторону!

— Элия трижды замужем была, — тоном старой сплетницы сообщил Боберт, — и как я понял, каждый раз искала мужа побогаче. Раньше она не была такой меркантильной. Или я не замечал?