Книга Последний поцелуй вдовы, страница 125 – Лисавета Челищева

Я еле добралась до города, словно во сне, сменила одежду, пытаясь стряхнуть с себя остатки ночи хаоса.

И тут, в отражении зеркала, я увидела его — черного дрозда, что сидел на ветке за окном, его глаза-бусинки внимательно следили за мной. Он был здесь, он наблюдал.

Я кинулась к окну, распахнув его настежь.

— Явись! Поговори со мной, наконец, нормально! — крикнула я, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции.

Птица отвернула голову, явно собираясь улететь. Но в тот момент, когда она взлетела, я отчаянно крикнула ей вслед:

— Стой! Я была в Хрониках Памяти и восстановила себе память! Я вспомнила!

Дрозд резко развернулся в воздухе, и в следующее мгновение он уже летел прямо на меня, но не один. Он раздваивался, множился, сотни черных птиц вихрем влетели в мою спальню, и я отшатнулась, прижимаясь к стене.

Последний Жнец возник из этого вихря, почти наступая мне на ноги, его тень накрыла меня целиком.

— …Что ты сказала? — процедил он сквозь зубы, его голос был низким и опасным. — Повтори. Сейчас же.

Его тени начали сгущаться вокруг меня, угрожая поглотить все вокруг.

Я почувствовала прилив новой силы, что бурлила во мне, и это придало мне смелости.

Я оттолкнула его, не позволяя ему запугивать меня своей силой.

— Не смей так со мной разговаривать! Не смей меня запугивать!

— Почему же не смей? — его глаза горели, в них плясали отблески тьмы. — Ты забыла, кто я? Забыла, что я могу сделать?

— Я ничего не забыла! — ярость закипала во мне. — Я помню все!

Его лицо исказилось, в глазах мелькнуло что-то похожее на боль, но он быстро взял себя в руки. Жнец сделал шаг, затем еще один, загоняя меня в угол. Моя спина уперлась в стену, а его тело прижалось к моему, холод его энергии проникал сквозь тонкую ткань. Он приподнял мой подбородок, заглядывая мне прямо в глаза. Его взгляд был таким пронзительным, что я почувствовала, как мое сердце замирает.

— Я повторю. Что ты имела в виду под тем, что все вспомнила? — повторил он, его голос стал чуть тише, но не менее властным. — Что именно?

Я смутилась, опустив глаза, но затем подняла их, и меня поразило внезапное озарение.

— Подожди. Получается… Ты не заходил тогда в Лету, чтобы стереть себе память?! — выпалила я, не веря своим собственным словам. — Но почему?? Мы же договорились с тобой! Нас же хотели поймать!

Эскар тяжело посмотрел на меня, будто видел впервые. А затем, резко и властно, он припал к моим губам. Его поцелуй был как удар молнии, пробуждая в каждой клеточке моего тела давно забытую жажду, разжигая пламя, что, казалось, никогда и не гасло. Я почувствовала, как мои колени подгибаются, но я собрала всю свою волю и оттолкнула его, хоть это и было невероятно трудно.

— Сначала объясни мне, Эскар! — выдохнула я, пытаясь отдышаться.

Он прикрыл глаза, на его губах заиграла полуулыбка.

— Ну наконец-то… Ты произносишь мое имя. Значит, вспомнила… Слава Богам.

Его слова смягчили меня. Я провела пальцами по его скуле, ощущая легкую щетину, тепло его кожи. Он замер, приоткрывая глаза, и в их глубине я увидела невысказанную тоску и боль.

— Я не мог, Сандрина, — прошептал он, его голос был хриплым от эмоций. — Я просто не мог. Мысль о забвении была хуже любой пытки... Я знал, что это безумие, но я не мог допустить, чтобы ты исчезла из моей памяти, даже если это означало риск быть уничтоженным совсем. Я предпочел бы вечные прятки, вечному забвению.