Онлайн книга «Хозяйка Красного кладбища»
|
И здесь, среди знакомых с детства запахов, стало чуть легче. Я выронила посох, оперлась руками о колени и продышалась. Отпустило, но буквально на минуту. Как только я выдохнула и расслабилась, во мне опять всё заскреблось и почему-то стало жарко. Я сбросила куртку, рванула, распахивая рубаху… и поняла, что мне хочется сделать то же самое с собой – сорвать кожу, распахнуть грудную клетку, выпустить на волю сердце… «Рдянка! – отчаянно засвистел Ярь. – Праховое пламя! Слей силу! Помнишь, как раньше!» Да. Когда мы растём, растёт и сила. Растёт тело – её становится больше. Растёт опыт – её становится ещё больше. Не так, как сейчас, но похоже – тоже распирает. А почему сейчас так… Потому что пять лет я береглась. Я боялась – а вдруг покойник, а меня не хватит на работу с посохом. Работала понемногу с землёй, но с ней ты всё делишь пополам – половина её силы, половина твоей. Но я росла. И сила росла – и скапливалась, скапливалась… А серая плесень забрала лишь то, что выплеснулось на поверхность. В глубине её ещё так много… Я раскрыла ладони, выпуская мерцающие крупинки праха. И, как из углей, из них вспыхнуло пламя. Больше. Ещё больше. И ещё. Я растила его и растила – сливала туда силу и сливала. Кажется, до бесконечности. Она хлестала из меня, сметая плотину за плотиной, которых я за эти пять лет создала столько… Пламя взметнулось почти до потолка, и я очнулась от резкого запаха подпаленных трав. Поспешно развела руки в стороны, растягивая огненное полотно, и не сразу поверила своим глазам. Праховые крупицы складывались в знаки – и писали, писали, писали… А я, изумлённо распахнув глаза, читала. Узнавала. Понимала. И снова понимала. И снова. Душа всё помнит, заметил Блёднар. И когда мы приходим к себе-старшему или себе-хозяину, то учимся у себя. И узнаём всё – от себя. По полотну пробежали последние знаки, и прах снова беспорядочно закрутился крохотными вихрями. Но я уже поняла. И вспомнила ещё кое-что полезное – для момента «сейчас». Спасибо, Блёд… Да, ни с возрастом, ни с опытом хозяйствование не связано. Или оно есть, или его нет. И то, что подсказали знаки, я могу сделать сейчас – без вреда для себя. Без страха. Без сомнений. Всё равно слитую в пламя силу я обратно в себя уже не впихну. И без неё не обеднею. Я тщательно свернула полотно в небольшой «узелок», наговором застегнула рубаху, накинула на плечи куртку, подняла посох. И позвала: — Ярь? Жду тебя в святилище. Немедленно. Помощник что-то испуганно засвиристел в ответ, но я уже открыла «мост» и вышла у «гнезда». Вонзила посох в землю и тихо повторила: — Ярь. Иди сюда. Немедленно. Помощник появился из алой вспышки – дрожащий, от страха огромный донельзя. — Знаю, – я успокаивающе улыбнулась, – тебе страшно. Изначально же никакой четвёрки – ты, земля, посох, святилище – не было. Было одно целое. Один дух Красного, который создали своим трудом и любовью к земле мои предки. Она всё-таки что-то украла, да, эта тварь? Бабушка не успела спрятать посох… вовремя. И вас разорвало на части, и она стащила частичку Красного для своего Серого кладбища. Потому что хозяйство хочет, а сама вкладывать душу в своё не может. Или не умеет. Или уже нечего. Я вас соберу. Не бойся. Ты забыл, каково это – когда ты не один… и я забыла. За пять лет, Ярь, совсем забыла. Это нестрашно – положиться на кого-то, кто такой же, как ты или даже сильнее тебя. Нестрашно стать частью большего и позволить кому-то стать частью тебя. Просто положись. Поверь. Сядь. |