Книга Ведьмин дар, страница 149 – Дарья Гущина

— Но договориться с наставницей сможешь, – «ворон» отступил, и я невольно перевела дух.

— С какой стати? – я хмыкнула.

— Люди, – проворковал, вернувшись в прежний снисходительный образ, нечисть. – Прислушайся. Они снова здесь, и теперь их больше. Много больше. И среди них может оказаться тот, кого ты не видела уже много лет. И боишься увидеть. И боишься никогда не увидеть, – длинная пауза, и лиловые глаза прищурились: – Брат. Старший. Чужаком рискуешь, вещая, а своим?

Я снова сжала голыш. Да, кажется, больше десяти… душ. Реальных, не морочных. Одна группа наблюдателей пропала бесследно, и, ясно дело, они ринулись на её поиски. Как предсказуемо…

— Если тебя окружат – а это случится очень скоро, если я позову и подскажу дорогу, – куда ты пойдешь? – на тёмном лице мелькнула улыбка. – Где будешь искать укрытие? Кого позовёшь на помощь?

— О, – я провела по голышу пальцем, – мы полны сюрпризов, приятель. Ты слишком долго спал. И очень зря не прислушивался к советам своих… хранителей.

Туман над озером начал подниматься, формируясь в гигантскую человеческую фигуру.

— Одна из версий вашего появления гласит, что нечисть – это ведьмин дар, покинувший тело после смерти ведьмы и оставшийся без хозяйки. И в ней есть своя правда, – я улыбнулась фигуре.

«Ворон» напрягся и уставился на меня, словно пытаясь посмотреть моими глазами, увидеть то, что вижу я. И не видел. И не ощущал. А фигура уже поднялась на высоту нескольких метров, тряхнула сильными руками, разбрызгивая клочья тумана и капли озёрной воды, бесшумно приблизилась к берегу. С расплывчатого лица на меня вопросительно посмотрели глаза – туманно-серые, внимательные, умные. А я смотрела исключительно на «ворона», отмечая слабое лиловое мерцание всполохов. Разведчик. Скорее всего, одиночка. Просто дух. Жаль. Но и то хлеб.

— Наш мир полон существ, чья природа для нас загадка, – я выпрямилась, успокаивающе поглаживая голыш по шероховатому боку. – Они сотканы из волшебства, и их магия – одной сферы с ведьмовской. В отличие от вас, они неспособны уходить от своей территории. Зато защищать её будут так, как никто другой. Даже если придётся делиться силой с ведьмой и впускать её в свою душу.

— К чему всё это? – «ворон» чуял подвох, но не хранителя озера, который уже навис над ним и ждал сигнала. – Я знаю старые сказки не хуже тебя, вещая. Я сам их сочинял.

— К тому, что моего брата здесь нет, – жестко ответила я. – Он жив и в безопасном месте. А тебе стоит оглянуться. Или хотя бы поднять голову.

Кап.

Прозрачная капля озёрной воды до «ворона» не долетела – он извернулся, живо «отрастив» теневые крылья. Но удрать не успел.

— Держи его! – скомандовала я, бросаясь к «богомолу».

Хранитель обрушился на берег бесшумным водопадом, и стародавний «птиц» забился в туманной клетке. Я живо вытряхнула из карманов толстовки все амулетные заначки, взятые по привычке. Да, я не старая перестраховщица. Я просто вещая. Я просто знаю. И понимаю, зачем беру что-то, только в тот момент, когда надо делать – когда оказывается, что подстраховка к месту. Люди называют это интуицией, мы – магией, но какая разница, что именно спасает жизнь?..

Несколько капель тьмы привели «богомола» в чувство. Он взъерошенно подскочил, ощетинился, но из тусклых глаз исчез блеск зарниц. Живое лиловое сияние превратилось в размытую мёртвую краску.