Книга Завещание инора Бринкерхофа, страница 109 – Бронислава Вонсович

— Я тоже об этом думал, – согласился папа. – Ведь ему проще было бы нас сдать и получить деньги. А сыну, если сильно распереживается, подлить чего-нибудь. И еще он очень злился, когда узнал, что Клаус использовал орочье зелье. Весь покраснел и орать начал, какой идиот у него сын.

— Возможно, не хотел, чтобы догадались о его связи с орками? – предположил Рихард, но без особой убежденности.

— Инор Брайнер, – укоризненно сказал папа, – вы сами-то в это верите?

— Нет, пожалуй, – смутился Рихард. – Инор Бринкерхоф, а сколько лет вашему деду? Возможно, он уже умер, и мы зря сейчас волнуемся.

— Вы не поняли, Рихард, – обреченно сказал отец. – Орки уничтожают всех, в ком смешана магия и шаманство. Умер мой дед или нет, значения не имеет – Степь уже оповещена о том, что такие люди есть, и на нас идет охота.

Рик молча прижал меня к себе, как будто боялся потерять прямо сейчас. Но я почему-то не испугалась. Папины слова казались страшными, но что-то в них было не так. Ведь я сегодня слышала голос, но никакой угрозы он не нес, напротив, стремился помочь. И внутри росла уверенность, что мой прадед не имеет отношения к смерти бабушки. Помогать столько лет, чтобы потом вот так хладнокровно уничтожить? Что ему мешало убить меня вместе с ней? Ведь тогда я тоже слышала, а значит, была уязвима.

Папа стоял насмерть и не рассказывал, кому именно продал книги из дедова кабинета, и продал ли вообще. Но мы не очень настаивали, так как на роль покупателя был вполне определенный подозреваемый – инор Хайнрих. Только его мог прикрывать с таким пылом родитель. Впрочем, на фоне всего, что сегодня стало известно, эта пропажа казалась настолько мелкой и незначительной, что не заслуживала особого внимания. Намного сильнее меня интересовало, куда исчезли бабушкины книги из лаборатории, давным-давно закрытой и успевшей запылиться. Но здесь папа тоже недоумевал и, похоже, непритворно.

Мама пришла, когда мы уже собрались уходить, и заявила, что без обеда не отпустит. Последнее время я опасалась есть или пить что-нибудь в родительском доме, поэтому попыталась отказаться. Папа тут же меня поддержал, сказав, что мы очень торопимся, а дилижанс ждать не будет.

— Поедут на следующем, – возразила мама. – А я хоть с зятем познакомлюсь.

— Да что с ним знакомиться? – проворчал папа, весьма недовольный таким поворотом. – Сегодня он есть, а завтра его не будет. К чему эти лишние знакомства? А Клауса ты и так знаешь.

— Папа! – возмущенно воскликнула я. – Я тебе уже неоднократно говорила, что не собираюсь разводиться с Рихардом.

— И это после всего, что я вам рассказал? – удивился папа. – Твоя глупость поражает. Клаус – наша единственная надежда. Тебе Богиню молить нужно, чтобы он не передумал! И Рихард поймет, он мне кажется инором, которому твое будущее небезразлично. Ты хоть на миг задумалась о том, что можешь умереть?

— Знаешь, папа, – зло сказала я, – при выборе между смертью и Клаусом, смерть предпочтительней.

— Марта, ну хоть ты скажи! – апеллировал папа к маме.

— Клаус не кажется таким уж ужасным, – неуверенно заметила она.

— Вот видишь, Ивонна, – победоносно усмехнулся папа. – Твоя мама со мной полностью согласна.

— Да нет, я говорю, что мне непонятно, почему ты так его боишься, – пояснила мама. – Не станет же он убивать Иви только потому, что она вышла за другого.