Книга Завещание инора Бринкерхофа, страница 111 – Бронислава Вонсович

— Твой папа уверен в обратном, – заметил он. – Давай ты попьешь зелье, пока все не прояснится хоть немного?

— Рецепта все равно нет, – напомнила я.

— В папиной конторе узнаем, – Рик решил, что я согласилась, и немного успокоился.

Я не стала его расстраивать немедленным отказом, но для себя решила: все, больше никаких зелий. Все, что меняет сущность – зло. Не зря же бабушка считала, что то, что мы с ней слышим, важно в первую очередь для нас.

По приезде в Гаэрру муж меня сразу потащил к своему отцу. Я указывала Рихарду, что время уже позднее, и свекра надо искать дома, но он ответил, что лучше знает привычки своего отца, и оказался прав. Инора Брайнера мы застали на работе. Начальник Магического Сыска и не думал уходить, даже принять нас сразу не смог. Не знаю, был ли он действительно занят или пытался показать свое неудовольствие, но ждали мы долго. И первой фразой инора Брайнера, обращенной к нам, было:

— Почему Клаус Хайнрих разгуливает на свободе? Почему вы не послушали меня и не посидели эти несколько дней дома? Зачем создавать дополнительные проблемы? Их и без вас хватает.

Внятно объяснить, почему я забрала заявление, и не рассказать при этом про папу, было невозможно. Не думаю, что инор Брайнер согласится покрывать преступление моего отца. Поэтому мы промолчали про отравление деда и сразу выложили все о прадеде-шамане.

— Этого только не хватало, – помрачнел папа Рика. – Ну и историю вы наплели. Не помню, чтобы шаманы убивали на расстоянии. Ни одного случая за всю свою многолетнюю практику. Конечно, я не специалист по оркам. Сейчас узнаю, здесь ли инор Вайс.

Инор Вайс оказался на месте и тоже выслушал нас с большим интересом.

— Истории о том, что шаманы могут убивать на расстоянии силой желания, – сказки, – категорично заявил он. – И то, что орки убивают всех, в ком есть и их, и человеческая магия, тоже. Таких людей, а они обычно считают себя людьми, очень мало, почти все работают у нас. Такими уникальными особами не разбрасываются. Предполагаю, что россказни о лишении жизни орками носителей обеих магий возникли в недрах нашей конторы.

— Но моя бабушка…, – растерянно сказала я. – Папа утверждал, что она погибла как раз от воздействия своего отца. Отдаленного воздействия. Неужели он опять врал? Но я уверена, что сегодня он говорил правду.

Инор Вайс вопросительно посмотрел на инора Брайнера.

— Ивонна, ваша бабушка когда погибла? – спросил тот.

— Около десяти лет тому назад, – ответила я.

— А поточнее? Нам нужно поднять дело и посмотреть, что в нем есть.

Пока искали информацию о смерти бабушки, инор Вайс заинтересовался, как у меня проявляется орочья магия, и очень расстроился, узнав, что меня не только поили все эти годы специальным зельем, но и подчистили память, из-за чего я не помню, проявлялась ли она вообще. Приободрившийся Рихард поинтересовался, нельзя ли мне вернуть детские воспоминания, наверное, жена с провалами памяти казалась ему менее привлекательной. Инор Брайнер пообещал помочь.

Принесли несколько листочков бумаги с выписками по бабушкиному делу, и иноры углубились в их изучение, даже не думая показать нам, что там написано.

— Здесь нигде нет упоминания о возможном магическом вмешательстве, – наконец сказал инор Вайс. – Кое-что дознавателю показалось странным, и он об этом упомянул. Но, повторю, никакой магии, ни нашей, ни орочьей, и следов не было.