Книга Под тенью белой лисы, страница 69 – Бронислава Вонсович

— Пока ваш кузен не вернется, я никакого решения принимать не буду, – с довольно-таки хищной усмешкой ответила княгиня, наблюдая за бесплодными попытками Волкова отделаться от Поленьки. Нет, сбросить ее он, конечно, мог в любой момент, только возникающие при этом проблемы со старшим Свиньиным-Морским уже столь легко не сбрасывались. – А к этому времени многое может поменяться.

— Вы обещали, – напомнила я.

— Я от своих слов не отказываюсь, но к чему тебе торопиться с решением? – улыбнулась княгиня. – Кроме того, твой долг перед кланом заключается вовсе не в том, чтобы побыстрее выйти замуж.

Волков наконец понял, что чем скорее отведет Поленьку домой, тем вернее от нее отделается, поэтому позволил даме себя увлечь, довольно прохладно с нами попрощавшись. Княгиня лишь небрежно кивнула ему в ответ, и входная дверь вскоре хлопнула, вселяя надежду, что эту пару я сегодня больше не увижу.

— Экая хамка, – с чувством сказала Рысьина. – Лиза, как тебя угораздило с ней подружиться? Впрочем, ты всегда умудрялась выбирать неподходящих подруг. Что Хомякова, что эта наглая особа.

За Оленьку я оскорбилась: сравнить ее с самовлюбленной Свиньиной-Морской? И не просто сравнить, а приравнять. Уж кто-кто, а Оленька для меня точно сделала намного больше Рысьиной и замуж меня не хочет выпихнуть. То есть, разумеется, хочет, но не потому, что ей или ее клану это выгодно, а потому, что подруги часто хотят породниться. Будь у меня старший брат, я бы тоже наверняка пыталась привлечь его внимание к Оле. Но брата нет. Не считать же таковым Юрия? Такого я бы подруге не пожелала. Впрочем, если ему достанется кто-то типа Строговой и выведет из-под влияния отца, то… тогда он будет идеальным подкаблучником.

— Некоторые вещи случаются сами собой, – пожала я плечами. – Полина Аркадьевна как стихийное бедствие, ее просто надо пережить.

— Она нацелилась на слишком крупную добычу, – недовольно сказала княгиня. – Не по зубам.

— Не так давно Волков говорил то же самое про вас.

— Лиза, ну ты сравнила, – рассмеялась она. – Рысьина и какая-то там Свиньина.

— Морская, – напомнила я.

— Это еще хуже, – недовольно фыркнула она. – Свиньины необычайно приятное семейство, а вот Свиньин-Морской… Ходят слухи, что он запускает свои лапы в казну. А это значит, что постоянно ходит по самому краю. Этак он до каторги доворуется. Будет строить ту самую железную дорогу, по которой сейчас так любит разъезжать.

Столько неодобрения было в ее словах, что я невольно спросила:

— А за похищение императорских артефактов какое наказание? Тоже каторга или сразу смертная казнь?

— Никогда не интересовалась, – не моргнув глазом ответила княгиня. – Пусть переживают те, кто на такое нацелился.

И чуть заметно повела глазами. В самом деле, полог от подслушивания мы не поставили, и сейчас Полина, та, которая моя прислуга, совершенно наглым образом грела уши у двери в гостиную. Для моего обострившегося слуха издаваемые ею звуки были прекрасно различимы. Получается, не такое уж доверенное лицо ко мне приставили?

— Поскольку мы все обсудили, то, пожалуй, пора отправляться в Ильинск, – сказала Рысьина. – Осмотришься на месте и наконец вернешь семейную ценность. В этом случае я на твое поведение буду смотреть сквозь пальцы. Хочешь – встречайся с Хомяковым, хочешь – с Волковым…