Книга Право на эшафот, страница 94 – Бронислава Вонсович

С документами была конкретная подстава. Подозреваю, что у Сиятельных их не спрашивали, а вот обычных людей ущемляли, как только можно.

— Вы мне поможете сделать.

— Я? – Она рассмеялась. – Не наглей. Я законопослушный алхимик. Подлогами не занимаюсь.

— Какой подлог? Племянницу обокрали, умыкнув в том числе и документы. Вы просто поможете их восстановить.

Я состроила умоляющую физиономию, которая, впрочем, не произвела на сеньору Лусеро никакого впечатления.

— Если собираешься поступать в Труадоне, просто назовешь имя, – лениво протянула она. – Никаких подтверждающих документов от тебя не потребуют. Клятва привязывается к человеку, а не к документу. А вот попытайся ты уехать, нужна справка из муниципалитета. И здесь я тебе не помощник.

— Но поступать в университет Труадона? Это достаточно предсказуемо.

— Не больше, чем бежать за границу.

Сеньору Лусеро разговор явно забавлял. Она не воспринимала всерьез ни меня, ни мое желание расстаться с Сиятельностью, ни мое стремление учиться. Для нее мой побег был блажью, которая рано или поздно закончится. Рано было не в ее интересах, поскольку ей хотелось, чтобы бывшая подруга подольше побегала в поисках племянницы. Но и зла она мне тоже не желала.

— То есть я просто прихожу в университет и записываюсь? Любой желающий так может сделать?

— Любой, у кого достаточный уровень магии для обучения. Там проверят, можешь не переживать.

— Понятно. – Я вздохнула. – А какие книги можно брать в библиотеке, не вызывая подозрения?

— Романы, как и положено девице в твоем возрасте.

— А если захочу взять труд по истории?

— То это сразу узнает твоя тетя. Труды по истории приравниваются к трудам по магии и не хранятся в публичных библиотеках. Только в Сиятельных домах или университете.

Значит, в библиотеку путь заказан. Интересно, что же такого случилось, что история под семью замками и выдается только после клятвы?

— А школьные учебники?

— Двуединый, ты собираешься учить историю по школьным учебникам? – Она расхохоталась, став при этом необычайно живой. – Эстефания, школьные учебники переписываются при каждой смене власти.

— Проблема в том, что я не знаю даже школьного минимума. Возможно, у вас что-то есть?

Я была терпелива. Мне нужна информация, и я получу ее в том или ином виде.

— У меня – нет. Я в это не лезу и тебе не советую. Но от прежних владельцев дома могло что-то остаться. На чердаке есть книги и подшивки газет. Хочешь ознакомиться? – Я обрадовалась. – Лестница на чердак налево по коридору.

Сеньора Лусеро потеряла интерес к разговору и опять устроилась в кресле с книгой. Я думала, она отправится готовить зелья на продажу, но, похоже, запрет на работу касался и ее. Или она хотела полюбоваться на пару после благословения? Вот уж чего не хотела я. В конце концов, при желании это можно будет сделать без присмотра через слуховое окошко чердака. Но, увы, выяснилось, что оно выходит на торговые ряды, поэтому Теодоро мне сегодня больше было не суждено увидеть.

Решив, что это к лучшему, с энтузиазмом закопалась в ошметки книг и газет, которые до меня старательно изучали мыши. Так старательно, что наверняка могли ответить на все вопросы школьной программы. Впрочем, понять, что именно они изгрызли, не представлялось возможным, настолько мелкая труха осталась от книг. Может, это были учебники, может, романы, которые мне так старательно рекомендует сеньора Лусеро, а может, вообще книги по магии. Хотя последнее вряд ли: книги по магии магией же и защищаются.