Книга Клановые игры, страница 166 – Бронислава Вонсович

— Добрый день, барышни, – радостно сказал он, смотря при этом исключительно на меня.

Я тоже на него посмотрела, но безо всякой приязни, с единственной целью – выяснить, остался ли след от моей царапины на носу. Острые когти кошачьих хорошо подхватывают и переносят всякую заразу, так что была надежда, что Волков от памятки не скоро избавится. Увы, не то чтобы нагноения, самой царапины не было и в помине. А Владимир Викентьевич еще утверждал, что повреждения, нанесенные оборотнями, плохо заживают. Либо существовали какие-то не учтенные им особенности, либо к Волкову это не относилось. Не зря же говорят: «Заживает как на собаке».

— Был добрым до твоего появления, – мрачно бросила Оленька, крепко ухватив меня за руку.

Зря она это сделала: теперь незаметно уйти не получится, поскольку вдвоем мы привлечем куда больше внимания. А уйти незаметно вероятность была, пусть и небольшая: мои одноклассницы могли заговорить офицера так, что он забыл бы, зачем вообще приходил.

— Хомякова, так нельзя отвечать, это невоспитанно. Что подумают о нашей гимназии? – зашипела Строгова и тут же заулыбалась Волкову: – Не обижайтесь на Ольгу, у нее сегодня был тяжелый день. Два урока математики – это вам не шутки.

— Подряд? – вежливо удивился тот. – Я бы тоже озверел. Лиза, а вы любите математику?

— Люблю, – ответила я тоном, подразумевавшим: «А вас нет».

Но Волкова мой тон ничуть не смутил. Подозреваю, что его не смутили бы и открыто ведущиеся боевые действия. Разве что щит выставил бы, не переставая улыбаться.

— А она вас?

— И она ее, – непререкаемо бросила Оленька и незаметно потянула меня за руку. Действительно, момент для отступления выбран прекрасно: противник окружен со всех сторон и вынужден сдерживать порывы, чтобы не зарекомендовать себя в глазах мирного населения неуправляемым хищником. – Но имей в виду, если тебе нужна консультация, попроси Тамару. У нее прекрасно получается объяснять даже самым ту… непонятливым.

Тамара покраснела и испуганно попыталась скрыться за нашими спинами. Наверное, не захотела консультировать или посчитала свою квалификацию недостаточной.

— Я тоже могу объяснить. – Строгова храбро закрыла собой Тамару, а заодно и нас. – И по русскому языку, если вдруг есть такая необходимость.

— А почему это ты? – возмутилась Аничкова и на всякий случай взялась за рукав Волкова. – У меня по русскому языку успеваемость выше. Господин штабс-капитан, если вам нужен репетитор, лучше обращайтесь ко мне. Что вам может объяснить Строгова, если сама в последнем диктанте сделала две ошибки?

— Да разве это ошибки? Описки, – перешла в наступление Строгова. – А у тебя при сложении двух чисел каждый раз получается новый ответ. Господину штабс-капитану наверняка нужна комплексная подготовка, а не то, что ты можешь предложить.

Мы с Оленькой уже завернули за угол, а девушки продолжали решать, кто более достоин восполнять отсутствующие знания у так кстати появившегося военного, словно тот действительно в этом нуждался.

— Как ты девочек раззадорила, – заметила я. – И всего лишь одной фразой.

— Нужно знать, куда надавить, – ответила Оленька, но без должного энтузиазма. – Эх, не простит мне Саша сегодняшнего представления.

— Почему же, – неожиданно раздался голос прямо над нами, отчего Оленька подпрыгнула на месте и испуганно ойкнула, мне же хоть с большим трудом, но удалось этого избежать. – Это было… познавательно. И проделано было элегантно, поэтому согласен забыть и не рассказывать тете об этом досадном инциденте, если ты дашь возможность поговорить с Лизой наедине.