Книга Клановые игры, страница 167 – Бронислава Вонсович

Казалось бы, в голосе Волкова не было даже угрозы, сплошное благодушие, но Оленька нахмурилась и ухватила меня за руку так, что я чуть не охнула. Давать возможность ненужной беседы она не собиралась, а если бы собиралась, я бы точно не стала пользоваться столь сомнительной возможностью.

— По-моему, мы уже наговорились на много лет вперед, – заметила я, чуть тряхнув рукой, чтобы дать понять подруге, что у хомяков бульдожьей хватки быть не должно. – И вообще, угрожать девушкам некрасиво.

Оленька согласно кивнула и перехватила мою руку чуть выше и чуть слабее.

— Кому я угрожаю? – притворился Волков удивленным.

— Кузине, что расскажете Анне Васильевне выдуманную вами ерунду.

— Лиза, не в моих правилах врать.

— Неужели? А вчера?

— А вчера я не делал ничего, чего обещал бы не делать.

— Вы вчера нарушали закон.

— Неужели? У Фаины Алексеевны ко мне претензий нет. Принимать успокоительное не запрещено. А если мое успокоительное возбуждающе действует на других, это не мои проблемы. – Волков хищно улыбнулся. – Лиза, мне кажется, этот разговор не для Ольгиных ушей. Или вы хотите выдать ей тайны клана? Учтите, Хомяковы весьма предприимчивая семья и могут использовать доверенные им секреты отнюдь не в мирных целях.

— Не лги, Саша! – возмутилась Оленька. – Мы никогда не использовали доверенные нам секреты во вред доверившему.

— А во вред клану доверившего? – вкрадчиво спросил Волков, явно на что-то намекая.

— На то была веская причина, – возразила Оленька.

— Вот и я о чем говорю, Лиза, – заметил Волков. – Если вы не хотите, чтобы ваши тайны, пусть и по веской причине, стали достоянием общественности…

— Они не стали достоянием общественности! – вспыхнула Оленька.

— Потому что мы пришли к компромиссу.

Однако, как все непросто в отношениях Хомяковых и Волковых! Уверена, речь сейчас идет об успешном сватовстве Оленькиного отца к Оленькиной же маме. Очень непростом сватовстве, судя по яростно горящим глазам подруги, которой хотелось сказать что-то в ответ, но она не была уверена, что рикошетом не вернется ей что-то похуже. В словесных пикировках Волков был посильнее.

Но в планировании у него были пробелы, поскольку Строгову он со счетов сбросил совершенно напрасно. Не знаю, как он от нее отделался у гимназии, но сейчас она стояла уже у него за спиной.

— Вы так быстро ушли, господин штабс-капитан, – воодушевленно сказала она. – Мои одноклассницы бывают слишком навязчивыми, это правда. Но если вы нашли в себе силы признать необходимость дополнительного образования, то нужно идти до конца.

Оленька тоненько хихикнула, а я, воспользовавшись тем, что навязчивый офицер отвлекся на Строгову, набросила на нас полог тишины с отводом глаз, не так давно любезно показанный мне Волковым. Правда, он этого не знал, а я не знала, насколько хорошо усвоен урок, поскольку возможности проверить пока не было.

— Ой, – округлила глаза Строгова, – а где Ольга и Елизавета?

Волков резко развернулся. Казалось, он смотрел прямо на меня. Смотрел и не видел. Взгляд не задерживался ни на мне, ни на кузине и жадно обшаривал улицу, пытаясь определить, куда же мы делись.

— Вот только же сейчас здесь были, – продолжала удивляться Строгова. – Я ни на миг не отворачивалась, а их уже нет.

— Это ты? – прошептала Оленька.