Книга Клановые игры, страница 170 – Бронислава Вонсович

— Какое уж тут удовольствие? Видите ли, Лиза, – усмехнулся Волков, – слишком много в вас тайн. Я же не смогу ни есть, ни спать, пока их все не разгадаю.

— К чему вам чужие тайны? – бросила я. – Неужели вам своих не хватает?

— К тому, что, как мне кажется, они подходящего уровня для того, чтобы стать моими. – Улыбка с лица Волкова пропала, а голос звенел металлом. Холодным таким металлом, не оставляющим сомнения: прикоснись к нему – и он обожжет самой пронизывающей стужей. – Повторяю вопрос: как вам удалось столь незаметно для меня уйти?

— А с чего вы решили, господин штабс-капитан, что я буду отвечать на ваши вопросы?

— Ой, да за угол мы завернули, пока тебя Строгова отвлекала, а потом Лиза шарахнула плетением, отбивающим запахи. Оно быстро выветрилось, – влезла в нашу милую беседу Оленька, чувствительно ущипнув меня за руку. – К сожалению.

— Только одним? – недоверчиво уточнил Волков.

— А нужно было несколькими? – фыркнула я. – У меня не такой высокий уровень, чтобы оперировать одновременно несколькими. Здесь бы с одним справиться.

И скромно потупилась, словно сожалея об этом. Да-да, господин штабс-капитан, я вам совсем неинтересна, нет у меня ничего нужного для вас.

— Лиза, хотите узнать свой уровень? – неожиданно предложил Волков. – У меня есть переносной артефакт. Увы, он не столь точен, как тот, что в Царсколевске, дает большую погрешность, но свой примерный уровень вы будете знать.

Волков невозмутимо достал из внутреннего кармана шинели деревянную дощечку с рисунком ладони в центре и инкрустацией драгоценными камнями по краям, на один из которых он сразу же нажал, и остальные весело засияли, радуя случайных прохожих. Магией зафонило так, что в горле запершило.

— Нас почти таким в гимназии проверяли, – заинтересованно припомнила Оленька. – Чем больше магии, тем темнее отпечаток. В личном деле должна быть запись.

— Там устаревшие данные. – Из слов Волкова явно следовало, что с устаревшими данными он ознакомился. – С того времени Лиза улучшила результат. Ну же, Лиза, давайте проверим. Неужели вам самой не интересно?

Самой мне было интересно, но не настолько, чтобы со своим интересом удовлетворять еще и волковский.

— Мне Владимир Викентьевич вообще запретил заниматься магией, – вдохновенно сказала я. – Говорит, не с моими проблемами со стабильностью. Поэтому я избегаю незнакомых плетений и незнакомых артефактов. Не хочу остаться без руки, знаете ли.

От Волкова удалось отделаться с огромным трудом, и то только у дома Владимира Викентьевича, перед которым я твердо сказала, что в отсутствие хозяина прислуге велено не принимать представителей сторонних кланов. Волков хищно уставился на дом, словно изучая его защитные плетения, а я подумала, так ли уж права княгиня, считающая, что моя принадлежность к клану защитит от таких вот непонятливых господ. Сдается мне, Волков наплюет на возможный скандал, если прибыль от действий будет выше репутационных потерь. И если при свете дня нарушать закон он поостережется, то под покровом ночи может и забыть, что закона должны придерживаться все. Или, напротив, вспомнит, что, как говорила Рысьина: «Мы – закон».

В моей комнате Оленька сразу зацепилась взглядом за шкуру у кровати, выяснила, откуда она, чуть нервно хихикнула, потом походила по густой пружинящей шерсти, попрыгала с довольной физиономией и признала подарок годным.