Книга Блуждание во снах, страница 85 – Лана Ланитова

Сразу после обеда меня разыскала племянница директрисы Дарья Наумовна. Вот о ней мне хочется рассказать чуточку подробней, ибо эта дама сыграла роковую роль во всей этой истории. Но я не буду забегать вперед.

Это была очень красивая, потрясающе красивая шатенка с ярко-зелеными глазами. Её глаза, волосы, а вернее охапка русых, с пепельным отливом, вьщихся волос, и все черты лица были такими, что окажись она в Санкт-Петербурге, на балу у императора, то прослыла бы записной красавицей, за которой бы увивались десятки ферлакуров^[60]. Ее облик даже не портило темно-синее строгое платье, которое носили здесь почти все классные дамы и инспектрисы. То ли ткань на этом платье была дороже, то ли пошито оно было иначе, то ли фигура владельцы оного выгодно отличалось от прочих, однако даже в нем она смотрелась, подобно юной Сильфиде, парящей в зефирном облаке. Именно такою, словно летящей над узкой аллей парка, я ее впервые и увидел. В ней было столько грации и обаяния, что я окунулся в некое подобие сна и растерял последние мысли.

Музыкальным, производящим эффект небольшого эха голосом, она вещала мне что-то об учебном процессе, называла какие-то даты, имена. Говорила что-то о начале занятий, о всеобщей линейке, а я стоял, словно зачарованный, и рассматривал ее лицо и фигуру. Странным было то, что откуда-то со стороны старого раскидистого платана, к голове Дарьи Наумовны подлетели три полупрозрачных существа, похожие на эльфов. Они сделали пару кругов над изящной, будто окутанной паутиной тонких светящихся волос, головкой Дарьи Наумовны. В ручках этих странных существ покоилась тяжелая алмазная диадема. Строя смешливые рожицы, хихикая и подмигивая, эльфы подлетели ближе и водрузили диадему на голову светоносной Сильфиды. Я протер глаза, но наваждение не пропало. Теперь ее локоны и чистый высокий лоб украшала полупрозрачная, играющая самоцветами диадема. Казалось, что сама Дарья Наумовна совсем не замечает происходящих с ней метаморфоз, а лишь невинно улыбается, глядя на меня ласковым и нежным взором.

Она немного повысила голос, и только тут до меня стал чуточку доходить смысл всего того, что она говорила. Из нашего странного диалога я вынес то, что в этом училище она не служит ради денежного содержания, ибо богата и не нуждается в средствах. Пребывает здесь она чаще от скуки и по просьбе ее престарелой тетушки Калерии Витольдовны. Сама Дарья Наумовна вот уже три года, как вдова, проживает недалеко от центра города, в шикарном особняке, имеет массу знакомств. И… даже готова принять у себя дома господина Травина. Да, да, он не ослышался: эта богатая цирцея, племянница Maman, наследница огромного состояния, приглашала его к себе в гости, на чай.

Я опомнился лишь тогда, когда Дарья Наумовна распрощалась со мной и, сделав едва заметный книксен, с блуждающей улыбкой на губах, удалилась восвояси, а вернее, поплыла далее. И все явственней мне казалось, что она не идет по аллее, а именно летит, не доставая стопами гравия. И лишь легкий ветерок разносит в стороны опавшие листья. Мне даже на мгновение почудилось, что позади ее находятся лазоревые, прозрачные, словно у стрекозы крылья – крылья воздушной Сильфиды.

Очнулся я снова на лавочке и долго не мог прийти в себя: то ли это был сон, то ли я, и в правду, имел знакомство и общение со столь удивительной женщиной. Позднее я узнал, что в училище ее все и звали за глаза – Сильфидой.