Книга Флорентийская блудница, страница 178 – Лана Ланитова

— Довольно, я не желаю всё это слушать, – я заткнул уши.

Меня снова начинало мутить.

— Родион Николаевич, прости нас! – сквозь пелену, застилающую глаза, я увидел, что Иван бухнулся передо мной на колени. – Не гони Машу! Она станет тебе хорошей женой. Ты только потерпи немного. Она образумится. А я уеду отсюда. Уеду далеко. Вы больше обо мне никогда не услышите. У вас всё будет с Машей хорошо. У вас будут дети и общее счастье.

По правде говоря, мне стало его даже жаль. Наивный, он почитал меня порядочным человеком, а я, на самом деле, в душе был хуже, чем он сам. Какие дети, думал я? Ведь я и сам порочен настолько, что в моем браке меня интересуют вовсе не дети, а лишь юность моей законной жены. Я даже не представлял, что бы мне пришлось испытать, если бы я узнал, что Маша беременна. Мне не нужна была ее беременность и тем паче сами дети. Я думал совсем о другом. Я злился лишь от того, что Иван оказался у Маши первым! Он, а не я сам! Вот, что меня обидело больше всего. И потом, при новых обстоятельствах, она стала мне совсем неинтересна…»

— Погоди, Родион, – не выдержал Макар. – Ты вообще никогда не хотел иметь детей?

— Вы забываете, господа, о том, что я находился не в том мире, откуда мы все недавно выбыли. В том мире у нас больше выражена мораль и необходимость думать о будущем, и о предстоящей старости. Я же описываю вам один из вариантов измененной реальности. Я говорю о мире, где более присутствует не разум и мораль, а природа и инстинкты. Я даже не сомневаюсь, что если бы моя жизнь в прежней реальности продлилась лет до сорока, я непременно бы захотел родить собственных детей. Тогда же мною руководили лишь одни инстинкты и похоть. Не более.

— Макар, ну, чего ты? К чему эти попытки, давления на совесть? А я и в прошлой жизни был таким же, как Родион во сне. Меня даже мораль нисколько не волновала. А доводов совести я и вовсе не слышал. Отсутствовало во мне и тщеславие, направленное на продолжение рода Махневых.

— Да, я чего? Я ж просто так спросил. Из интересу.

— Ты Макар, в следующей жизни сразу в праведники попадешь. Это я тебе точно говорю, – хмыкнул Владимир.

— Это почему?

— Потому что ты чадолюбив, и имел двух детей.

В ответ Макар лишь обиженно засопел.

Продолжение рассказа Родиона Травина:

«… Чем дольше Иван Грачев убеждал меня в том, что из Маши получится хорошая жена, тем сильнее во мне разгорался огонёк сомнения. После всех его откровений, я уже ненавидел этого человека – моего недавнего приятеля и почти друга.

— Я уеду, – твердил он.

— Да, прекрати, – резко отвечал я. – У меня нет другого учителя математики, и мне некем тебя заменить.

— Найдешь. Из столицы пришлют, – упорствовал он в запале.

— Ну, какой монастырь? – морщился я. – Тебе, как математику и естествоиспытателю, там будет невыносимо. Что за бред тебе пришел в голову?

— Это не бред. Мне просто надо убедиться, что вы помирились, и у Маши всё хорошо.

— У твоей Маши и было всё хорошо, если бы ты, словно вор, не проник в мой дом, когда я был в отъезде.

— Грешен, Родион. Я пришел в твой дом, как вор и бандит. Но меня извиняет моя любовь к Маше. Я сходил с ума без неё.

— Довольно. Я добьюсь развода, и вы будете снова вместе.

— Нет, это невозможно. Вы обвенчаны в церкви. Это вы будете снова вместе, как муж и жена, – твердил он без умолку.