Книга Тьма египетская, страница 102 – Лана Ланитова

— Сука!

— Ну, я так и понял, – удовлетворенно кивнул Макар. – Давай, наливай еще.

— Нам непременно надо ее изловить.

— Непременно, – согласился Макар. – Мы её поймаем, а потом вдуем ей по очереди. Да! Травина с собой возьмем. И вдуем все трое, да по очереди. А после закатаем ее в бинты и отправим посылкой в ЕПипет. Идет? – пьяно икнул румяный Булкин.

— Идет. Обожди. Ты расскажи мне, давал ли наш главный… – Владимир перешел на шепот. – Главный Сатрап, – хихикнул он. – Короче, давал ли тебе Виктор задание по изготовлению нежитей?

— А то! Об этом я и хотел тебе рассказать.

— Рассказывай.

— Рассказывать-то долго. Мне бы показать. Я ведь, Володя, в гимназии-то плохенько учился. Да и не весь курс прошел. Больше лоботрясничал. А тут мне Виктор подсунул книжку премудрую. Гримория называется.

— Значит, и тебе?

— Ага… Страшная какая-то книжица, – Макар перешел на шепот. – Черная, рожи мне с каждой страницы строит и пугает по ночам.

— Моя не лучше, – махнул рукой Владимир. – Моя раньше какому-то колдуну-схимнику принадлежала. Да, мало того, что он колдуном был, это бы полбеды. Так он, подлец, жил при женском монастыре и в святоши рядился. А сам с ведьмами и вурдалаками дружил.

— Ух ты… Вот и моя такая страшная, словно раньше Баба Яга ею владела.

После слов о Бабе Яге, оба заливисто рассмеялись.

— Ох, Володя, кажется, мы оба напились.

— Ничего, это ненадолго. Выветрится хмель. Ну и как, получились у тебя нежити?

— Какое там! В первый замес все выходили крысы и тараканы. Весь подвал я ими загадил. Одно хорошо – они сами быстро дохли. Причем, не через трое суток. А ровно через час.

— Да, уж…

— А Виктор-то мне велел изготовить девицу распрекрасную, суккубу.

— Ух, ты…

— Ну. Говорит, представь ее как следует и колдуй.

— Я уж так и эдак голову ломал. Хотел сначала сделать такую же, как моя Груня. А опосля подумал, что нет, не стоит светлый образ моей любимой супруги вдувать в тело какого-то суккуба.

— Ну, да, – согласился Владимир. – Это ты правильно рассудил. И что дальше?

— А дальше я вспомнил про свою соседку. Звали ее Малашка. Она была на всю округу известна своей вредностью. Такая уж сплетница, да хитрюга. Любого вокруг пальца обведет. А внешне она, знаешь, какая? Чернявая, ростика небольшого. Неказистая такая. Короче, смотреть тошно. И я подумал, что для суккубки как раз ее образ сгодится. Ну и представил.

— Ну? Получилась?

— Получилась каналья. Только от Малашки у этой нежити ужимки и вредность передались в двойном размере. Я заложил все травы и прочую дребедень в отдельный жбан. Сделал всё, как велел учитель. А замес этот, вместо того, чтобы всходы приличные дать, протух весь. И мхом порос. И вонь от него пошла, как от прошлогодней квашеной капусты. Срамота одна. А на утро следующего дня я пришел, а из этого месива торчит Малашкина головенка чернявая. И тут я подумал: вот же я дурень. Эта образина мне и при жизни-то не нравилась. Так я ещё и тут её себе смастерил.

Владимир хохотал, держась руками за живот.

— Тебе смешно Володя. А мне тогда не до смеха было. Вылезла эта Малашка из квашни. А я как глянул, так и обомлел. Настоящая-то Малашка при жизни низенькой была, а эта вышла еще меньше. В два раза меньше той, что соседка моя. Да, окромя того, получилась она круглая вся и кривая на один бок. Как вылезла эта кикимора чернявая и патлатая из жбана, так я от страха и в обморок грохнулся.