Книга Тьма египетская, страница 82 – Лана Ланитова

— Довольны? То-то же. Это вам не рыбьи головы. Все же хозяин вас кормит лучше.

Он почувствовал на своих руках и щеках мокрые языки любящих его непутёвых стражниц.

— Ладно-ладно. Кушайте на здоровье. А я пойду по делам.

* * *

Он вышел за ворота и остановился.

«Да, а с Лушкой, однако, надо что-то решать. Иначе она мне жизни здесь не даст. Так и будет пакостить за милую душу вместе с царским карлушей…»

Но, что же делать? Виктор советовал умаслить эту «прорву». Задобрить ее дарами. Что он там говорил? Что советовал ей подарить? Бриллианты? Нет, не думаю. Она в них никакого разумения не имеет. А что тогда? Меха? Нет, похоже. Чёрт, о чём же он говорил тогда?

Владимир медленно брел по дорожке в сторону дома соседа Кюхлера. Вскоре показался знакомый темно красный забор. Как только он поравнялся с высокой дверью, она неожиданно распахнулась, и на пороге нарисовался Генрих Францевич собственной персоной. Несмотря на теплый летний день, тщедушное тельце местного Потрошителя было укутано в козий платок, завязанный крест-накрест на спине. Мелкую голову украшал немецкий ночной колпак. Узкие губы прозектора расплылись в счастливой улыбке:

— Фладимир Ифанович, как я рад вас видеть! Сколько прошло времени с тех пор, как мы с вами виделись в последний раз? – буква «в» у него звучала как «ф».

— Сколько? – задумчиво произнес Владимир и тоже приветливо улыбнулся. – По-правде говоря, Генрих Францевич, я и сам никогда не знаю, сколько здесь проходит времени.

— Ах, дорогой мой сосед, наконец-то вы тоже заметили всеобщую странность в течении местного времени.

— Я давно её заметил, Генрих Францевич. Надо признаться, что время здесь – то бежит скачками, то совсем стоит.

— Вы совершенно правы, Владимир Иванович. Однако я попрошу вас пожаловать ко мне в гости. Хоть на полчасика. Уважьте старика.

— Ну, хорошо, – внезапно согласился Владимир и шагнул за порог высокой двери, отделяющей двор соседа от остальной улицы.

Аккуратная песчаная дорожка вела к ухоженному, побеленному домику с красной черепичной крышей и маленьким крылечком. Как и прежде, во всем убранстве небольшого двора чувствовался немецкий порядок. На ровных, прямоугольных клумбах росли маки и еще какие-то невиданные, пахучие травы. Проходя мимо грядок, Владимир вспомнил о русалке. Как давно это было. Казалось, что с тех пор пролетела целая вечность. Он вспомнил весьма ощутимую тяжесть холодного рыбьего тела. Ее прохладные руки, губы и все остальное. Воспоминания эти обожгли волной мучительного стыда – он вновь вспомнил собственное глупое упорство и неискушенность. Но, его извиняло одно – самое важное обстоятельство. Русалка так была похожа на Глашу.

«Где ты моя, любимая? – с грустью подумал он. – Я так давно не видел твоих глаз…»

— Я даже не спрашиваю, Владимир Иванович, о ваших делах, ибо считаю такие вопросы бестактными на этапе обучения.

— Можете спросить. Я охотно вам расскажу.

Они поднялись по ступеням крыльца и оказались в знакомой гостиной немецкого прозектора. Внутреннее убранство домика нашего старого знакомца оставалось прежним. Здесь всё так же было чисто и уютно.

— Владимир Иванович, вам принести кофе или чаю? – учтиво поинтересовался немец. – Кстати, у меня есть прекрасный яблочный штрудель и кровяная колбаса.