Книга Мажор. Сыграй мою невесту, страница 18 – Шарлотта Эйзинбург

Я прочищаю горло и, стараясь звучать максимально холодно, нарушаю тишину:

— Моя часть сделки выполнена, Монахов. Твой отец поверил в этот спектакль. Теперь твой ход.

Давид вальяжно откидывается на спинку сиденья, поворачивая ко мне голову. В полутьме его глаза блестят хищно и уверенно.

— Я слова на ветер не бросаю, мышка. У меня есть план, — его голос звучит низко, вибрируя в тесном пространстве машины. — Мой отец — один из главных спонсоров этого гранта. И, надо признать, ты его впечатлила.

— И что дальше?

— Завтра я заеду к Кристине. Вытащу из её макбука все исходники, даты создания файлов и твои чертежи. Положу это отцу на стол и попрошу инициировать официальный пересмотр результатов. Родители Кристины, конечно, не последние люди в городе, но мой старик терпеть не может, когда его личные деньги уходят на откровенный мусор и воровство за его спиной. Дело в шляпе. День-два, и твои полмиллиона переведут тебе на счет.

Я недоверчиво хмурюсь. Звучит слишком просто.

— А ты не боишься, что твоя драгоценная Кристиночка тебя возненавидит за такую подставу? — слова срываются с губ с неожиданной, почти ядовитой горечью.

Давид вдруг подается вперед. Расстояние между нами сокращается до опасного минимума.

— Плевать я на неё хотел, — хрипло роняет он. Его взгляд медленно опускается на мои губы. — Мне сейчас кое-кто другой интересен.

Мое сердце пропускает один тяжелый, болезненный удар. Воздух в легких заканчивается.

Монахов склоняется еще ближе. Я чувствую запах его парфюма, смешанный с нотками дорогого вина. Его губы оказываются в миллиметре от моих, когда он нагло, с дьявольской усмешкой шепчет:

— Кажется, одна колючая катастрофа тоже начинает входить во вкус.

Его горячее дыхание обжигает кожу. Внутри всё скручивается от дикого, неконтролируемого желания податься вперед, сократить этот жалкий миллиметр.

Но я с силой упираюсь ладонями в его твердую грудь.

— Не надо, Давид, — мой голос дрожит, но я упрямо отталкиваю его. — Зрителей здесь нет. Мы уже отыграли свои роли.

Он замирает на секунду. Изучает мое лицо так, словно пытается прочесть мысли, а затем медленно, с понимающей ухмылкой отстраняется, возвращаясь на свою половину сиденья.

Я отворачиваюсь к окну, кусая губы. Кого я обманываю? Я прекрасно понимаю: если бы он сейчас коснулся моих губ — я бы ответила. Ответила так, что всё полетело бы к чертям.

— Кстати, о ролях, — вдруг будничным тоном бросает он, словно ничего не произошло. — Послезавтра в университете Гала-вечер в честь дня основания. Мой отец приглашен как главный меценат, будет толкать речь со сцены.

Я настороженно поворачиваюсь к нему.

— Я прошу тебя пойти туда со мной, — продолжает Давид. — Как моя девушка. Чтобы отец не заподозрил, что наше сегодняшнее шоу было разовой акцией.

— Чего?! — я возмущенно вспыхиваю. — Эй, Монахов, тормози! Уговор был ровно на один ужин!

— Да, — он невозмутимо пожимает плечами. — Но именно на этом вечере отец должен окончательно утвердить перевод гранта. Если ты будешь мелькать у него перед глазами в статусе моей будущей жены, он подпишет бумаги не глядя. Это в твоих же интересах, мышка.

Я сверлю его сердитым взглядом. Загнал в угол. Снова.

— Какой же ты хитрец, Монахов, — выдыхаю я сквозь зубы.

— Бизнесмен, — поправляет он с наглой улыбкой.