Книга Без обязательств, страница 86 – Лина Коваль

Никогда не думал, что мне понравится строительство. Хотя разговоры с отцом на эту тему с детства впечатляли.

Он говорил негромко, чаще после ужина, рассуждая сам с собой.

«Ни одно дело в жизни не может сравниться с эффектом от созидания, сын. Когда пустырь сначала превращается в глубокую, бездомную яму, изредка заполняемую грязной дождевой водой. Да-да, перед тем как что-то построить, надо расчистить площадку от хлама и глубоко копнуть. Провалиться, чтобы безопасно этаж за этажом продвигаться к цели. Плохой фундамент — основа всех неприятностей. Здесь важно не торопиться, как бы ни хотелось».

— Как здесь красиво! Я сейчас умру… — глаза Сони с жадностью исследуют выбеленный фасад двухэтажного дома на фоне каменного утеса и багряного леса.

Бурное течение реки уносит желтые листья куда подальше.

— Мне тоже красиво… Может быть, я уже умер? — хриплю, потому что не могу отвести взгляд от ее светлого лица.

Существуют ли еще женщины, которым настолько не нужна косметика?

Ее мимика всегда работает на два фронта. С одной стороны, все эти покусывания губ и чуть покрасневшие щеки — поразительно нежно. С другой — твердый и прямой взгляд. Как скальпель. Такой же острый.

Удивительное сочетание. Сексуальное.

Правда, сейчас док недовольна.

— Что значит, ты умер? Зачем так говоришь? — она обращается ко мне со всей своей соболевской строгостью. Будто ей и правда важно, чтобы я жил.

А еще это так похоже на ее мать, не так давно отчитывающую всех городских застройщиков в Администрации, что сразу же улыбает. Потому что Соня тоже командирша.

Я подтягиваю к себе узкую талию и замыкаю на ней круг с такой силой, что ни одно течение не унесет. Затылок дока ложится на мою грудь, а я склоняюсь, чтобы коснуться губами острое плечико, выглядывающее из-под ворота свитера.

— Больше так не говори. — шепчет.

Повернувшись, ласково проводит ладонью по моей щеке.

— Больше не буду. — отвечаю с улыбкой. — Во-он, в зарослях из камышей. Видишь? — указываю на берег внизу. — Клянусь, там летом водится… целая тонна лягушек. На случай если тебе когда-нибудь захочется размяться, док.

— Буду знать! — подмигивает мне и затихает.

Хорошо становится. Мягкие пальцы поглаживают мои запястья, мы оба покачиваемся и смотрим куда-то вдаль.

Энцо болтается где-то внизу, жмется к стройным женским ногам спереди.

Я, как долбоеб, опускаю глаза и ревную.

Теперь и к собаке?

А может быть, это уже привычка? — вдыхаю легкий, свежий аромат с мягких волос.

Привычка ее ревновать.

К бывшему мужу — это база. Стискиваю зубы до противного скрипа. К ее любимому белому халату. Даже к брату. Было время, ревновал и к нему.

Это клиника. То, что не лечится ни временем, ни сексом с другими, ни отношениями, ни работой.

Правда ждал, что отпустит.

И моментами отпускало.

Последние двое суток после ее по-женски искренних признаний прошли на измене. Тревожно прошли. Хотелось поскорее уехать из города, чтобы не передумала. Откуда мне знать, что хранится в ее хорошенькой головке?

Сегодня — открылась.

Завтра — придумает что-нибудь вроде того, как в Питере.

Ничего личного. Просто секс.

— Как тебе в голову пришла идея строиться? Я слышала, покупать готовое жилье — вариант гораздо проще и не так затратно.

— Не хотел готовое. И вообще… никогда не хотел свой дом. В смысле, у нашей семьи ведь есть дача на озере. О новой не думал, но управляться со стройкой понравилось.