Книга Без обязательств, страница 91 – Лина Коваль

— Понятия не имею. — Громов недоволен, но общий градус разговора спадает. — Это может быть все что угодно. Может, там у них сердечники обитают?

— Потому что только они посыпают пасту кедровыми орешками. — признаюсь застенчиво.

— Охренеть. Так просто было? — он смеется и устало прикрывает глаза.

— Я это к тому, что порой решает не общее, а какая-то… мелочь? Испытывая кучу неудобств, я не готова попрощаться с клиникой, потому что в нее вложена часть моей души. Понимаешь? Возможно, и в твоей жизни есть что-то подобное, Костя?

Он трудно вздыхает и грустно улыбается:

— Конечно, есть такое, мой маленький мудрый док!

— Например? Что?

— Например… Не знаю… — он задумывается и меняет тему разговора: — Лучше скажи, что ты будешь на завтрак?

День проходит слишком быстро.

Время утекает как вода, не задерживаясь ни на минуту. Ни когда Костя приносит вполне себе годный омлет для меня в постель, ни когда мы вместе готовим обед, а потом, взявшись за руки, просто гуляем вдоль реки.

Вдвоем.

С пустыми разговорами обо всем на свете.

Я рассказываю о своем детстве. О том, как обижалась на Ваню и как порой чувствовала себя одинокой в нашей странной, чересчур деловой семье. Как люблю Жанну с ее легким высокомерным взглядом и всегда теплыми руками, готовыми погладить по голове.

Как полюбила медицину.

Как училась в Питере.

Только тема моего замужества остается табуированной. Я чувствую, что не надо. Старательно обхожу, как злосчастный перекресток с плохой статистикой аварий.

Костя злится, а я этого не хочу. Где-то в глубине души его злость меня задевает и ранит. Как и на агрессию Натана, я не знаю как на нее реагировать. Хочется спрятаться. Это убивает.

В остальном, все как в сказке. Громов все больше слушает, но иногда добавляет что-то свое. В разгар прогулки ему снова звонят, и он долго и обстоятельно с кем-то разговаривает по телефону, а я играю с Энцо.

Возвращается хмурым, и мы продолжаем.

Про работу.

Про семью.

У нас похожие отцы, но мамы кардинально разные. И пусть, по моим ощущениям, Ксения Громова не очень вежливо отреагировала на наше знакомство, я слушаю, открыв рот и внимая каждое слово. Кстати, о своих догадках тоже молчу. Почему? Не знаю.

Ужинаем мы все тем же обедом. Готовить лень, а с грузинским вином, что Костя приносит из кладовки, все кажется вкуснее.

После — зависаем в уютной гостиной.

С теплым чаем и гитарой, которую я замечаю у стены.

— Хочу тебя послушать. — настаиваю, обнимаю колени, прижимая их к груди, и слабо улыбаюсь.

Костя… выглядит крайне необычно.

Немного сонный от вина, полураздетый, непозволительно взъерошенный и притягательный.

Вряд ли кто-то таким его видел или… мне так хочется?

Не знаю…

Присвоить его себе.

Пожалуйста, пусть с другими он будет застегнутым на все пуговицы делового пиджака бизнесменом, а со мной — настоящим. Обычным мужчиной, пальцы которого так умело перебирают струны, создавая удивительную мелодию.

— Я не могу, — он переводит хмурый взгляд с гитары на меня.

— Пожалуйста, — я капризничаю, как умею только с ним.

— Что мне за это будет?

Игриво пожимаю плечами.

Разве хоть что-то из того, что я могу для него сделать, не делаю?

Все делаю. Всегда.

— Пожалуйста, сыграй что-нибудь… — шепчу. — Для меня.

Темные глаза обрисовывают мою фигуру коротким взглядом.