Книга Без обязательств, страница 93 – Лина Коваль

Мама бросает все дела в Администрации, отчитывает Жанну за отказ от госпитализации, но бабушка непреклонна… Она вообще умеет быть независимой и очень гордой. Кто бы перед ней ни стоял и что бы ни доказывал. Это качество передалось и мне. Правда, затаилось где-то глубоко в душе. Ждет своего часа.

Я делюсь с мамой. Четко, по делу, как настоящий врач.

Без единой эмоции, хоть это и трудно.

Диагнозами, результатами обследований и заключениями врачей. Назначенная терапия сперва показала вполне неплохие результаты, но время… было упущено. Болезнь в таком возрасте не развивается стремительно. Она, как тихий убийца, долгое время подкрадывалась изнутри и забирала силы, пока никто не видел.

Но мы обязательно подберем новую терапию, прокапаемся, все еще возможно.

Я в это верю. Хочу верить. Безусловно, проще было бы сделать это в больнице, но ничего не поделаешь — я звоню лечащему врачу и вкратце объясняю ситуацию. Он рекомендует новые препараты. Дорогие и очень редкие. Помощник мамы тут же их находит.

Приезжает Ваня, тетя Оля, еще внуки.

Как когда-то давно, в детстве, дом наполняется голосами. Взрослыми и детскими, мужскими и женскими. И кажется, что все как раньше. Все… хорошо?

День, несмотря на повестку дня, получается поистине прекрасным. Одним из тех, который мне обязательно захочется запомнить и взять собой. По просьбе мамы папа привозит инвалидное кресло, и мы собираем Жанну на прогулку.

А к вечеру остаемся втроем.

Я, мама и Жанна.

Я отправляюсь на кухню, чтобы заварить свежий чай, а потом, поднявшись с подносом, замираю возле двери. Намеренно подслушиваю. Или просто хочу оставить их вдвоем. Как мать и дочь, которые во многом не понимают друг друга.

Не потому, что не любят.

Поколения разные. Только поэтому.

Так получилось, что Жанна, при всей своей любви к внукам, всегда будет недовольна собственной дочерью, какую бы высокую должность она ни заняла. А мама никогда этого не поймет и, сама того не подозревая, всегда будет эту любовь заслуживать.

Они как две планеты на разных орбитах. Со своим миром, своими ценностями и правдой. Всегда рядом, но вряд ли когда-нибудь пересекутся.

— Хочешь, я тебе почитаю? — спрашивает мама.

— Сама почитаю. — отвечает Жанна, со свистом дыша.

— Или разомну твои руки. Отеки от капельницы почти спали.

— Не надо. Соня перед сном помассирует.

— Давай я, мам! — все-таки настаивает.

Я слышу скрип пододвигаемого кресла и ставлю поднос на столик возле двери.

Слезы к этому моменту уже катятся по щекам. Я ловлю их дрожащими пальцами и нахожу опору, прислоняясь к стене.

— Помнишь, как ты в детстве укладывала нас спать? Всегда что-то такое приговаривала… — говорит мама сдавленно. — Что-то про белку и орешки… Я никак не могла вспомнить, как ни старалась.

— Как не помнить? — голос Жанны становится мягче.

Я заглядываю в спальню. Мама склоняется над кроватью и уже старые, морщинистые руки гладят ее по голове. Прикрыв рот, возвращаюсь к стене и прикрываю глаза.

Из комнаты доносится:

— Почитай мне, мама…

А следом голосом Жанны слышится тихое и знакомое с детства. То, что больше никогда не повторится и то, что уж точно останется в моей памяти навечно. Столкновение орбит. Разговор не двух женщин разных поколений, а дочки и матери.

— Сидит белка… на тележке, раздает она орешки. Мишке… толстопятому, заиньку усатому, лисичке-сестричке…