Книга Не Твоя Ставка, Мажор!, страница 97 – Мира Лаверн

В папкеСтавка лежал исходный файл с условиями пари.

Он был создан за сорок минут до разговора в раздевалке.

Автор документа — пользовательD.Orlov.

— Значит, Денис подготовил ставку заранее, — сказала Женя.

— Или использовал старый шаблон, — ответил Кирилл.

Мы открыли историю изменений.

В первой версии не было моего имени.

Стояло:

Объект: журналистка-первокурсница.

Ниже:

Триггер: публичное заявление об иммунитете к фамилии и популярности.

Денис не придумал пари спонтанно после насмешек команды.

Он ожидал интервью.

Возможно, заранее планировал спровоцировать Тимура.

— Он знал, что ты скажешь? — спросила Женя.

— Не мог.

— Мог знать список вопросов.

— Фразы о девушках там не было.

— Но он мог рассчитывать на конфликт.

В следующей версии появилось моё имя.

Время сохранения — через семь минут после интервью.

— Сергей снимал вас тогда? — спросил Кирилл.

— Вокруг было много людей.

— Нужно найти исходное видео и автора.

В папке с платежами обнаружилась главная деталь.

Тимур действительно перевёл пятьсот тысяч на счёт компании Соколовой.

Денис не переводил ничего.

Изображение чека, которое он отправил Тимуру, было поддельным. Номер операции принадлежал старому платежу на пятьдесят тысяч, а сумму изменили в графическом редакторе.

Встречную часть пари временно оформили как «гарантию фонда тотализатора», то есть взяли из денег участников.

Денис не рисковал собственными средствами.

Если бы Тимур выиграл, миллион выплатили бы из общего банка.

Если проиграл — его пятьсот тысяч добавились бы к деньгам организаторов.

— Худший выбор был для Тимура единственным реальным, — сказала Женя. — Денис выигрывал в любом случае.

— Финансово — да, — ответил Кирилл. — Но основная цель могла быть не в деньгах.

Таблица показывала комиссию организатора.

С каждой ставки удерживали от пятнадцати до тридцати процентов. Часть денег шла источникам и техническим исполнителям. Остальное дробилось между компанией Соколовой, несколькими картами и счётом рекламного агентства, связанным с Сергеем.

За последние полтора года через систему прошло больше двенадцати миллионов рублей.

Денис присвоил не всё.

Но как минимум три миллиона ушли на счета, которыми он пользовался через посредников.

— Этого хватит для уголовного дела? — спросила я.

— Я не буду обещать квалификацию, — ответил Кирилл. — Но это точно основание для серьёзной проверки: незаконный сбор средств, возможное мошенничество, незаконный доступ к информации, распространение персональных данных.

— Передаём комиссии?

— Не только.

Он подготовил пакеты.

Один — университетской комиссии.

Второй — внешнему юристу, не связанному с фондом.

Третий — в официальное обращение в правоохранительные органы, которое должны были зарегистрировать до бала.

— Почему не публикуем сразу? — спросила Лиза.

Она и ещё трое прежних жертв приехали вечером, чтобы подтвердить свои переписки.

— Потому что публичная публикация предупредит остальных участников, — объяснил Кирилл. — Они удалят данные и согласуют показания.

— Но университет может замять.

— Поэтому копии уходят одновременно в несколько мест.

— Фонд всё равно надавит.

Я думала так же.

Александр Орлов уже пытался купить тишину. Не обязательно потому, что покрывал Дениса. Возможно, хотел защитить фамилию, университетский контракт и Тимура.